Шуры-муры с призраком

Поверните регулятор на минимальную мощность, положите внутрь испачканный предмет, закройте дверцу, поставьте таймер на пять минут. Потом аккуратно счистите пятно кончиком ножа. Повторите процедуру, если она с первого раза не будет эффективной».

Я обрадовалась. В инструкции нет логики, вначале сообщается, что краска вечная, а в конце – что от нее можно избавиться с помощью самой обычной бытовой техники. Но ведь главное, что этот ужас можно отскрести! Я подошла к нашей СВЧ-печке, нажала на кнопки, и поняла, что агрегат висит слишком высоко, голову в него засунуть невозможно.

Я схватила табуретку, поставила ее ближе к печке и снова испытала разочарование: теперь я выше, чем надо. Но если чуть-чуть присесть, то голова прекрасно влезает в печку. Я нажала на пуск, на всякий случай зажмурилась… и ничего. Неужели прибор сломался? Ну что за невезение! Я опять ткнула в кнопку, но стеклянная подставка не крутилась. Глубоко разочарованная, я спрыгнула на пол и вдруг сообразила: СВЧ не станет работать с открытой дверцей, а захлопнуть ее никак нельзя.

На столе затрещал телефон, я взглянула на экран, высветившийся мобильный номер был мне неизвестен, а вот голос, раздавшийся из трубки, показался знакомым:

– Здравствуйте, Лампа, вы сегодня планируете посетить офис?

– Простите, с кем я беседую? – предусмотрительно поинтересовалась я.

– Беспокоит вас Коля Епифанцев.

– А‑а‑а‑а! Очень рада вас слышать, – замурлыкала я, пытаясь сообразить, кто это такой. – У вас проблема? Хотите приехать к нам?

– Коля Епифанцев, – повторил мужчина, – стажер техотдела. Три месяца назад меня взяли в помощники к Роману.

– Николай! – воскликнула я. – Что случилось?

– Очень нужен ваш совет, – перешел на шепот Епифанцев, – возник конфликт личных и служебных интересов. Не знаю, как правильно поступить.

– Я не разбираюсь в компьютерах, – остановила я парня, – лучше вам обратиться к Бунину.

– Он меня терпеть не может, постоянно ругает, считает дураком, – пожаловался Епифанцев, – и проблема не техническая, а морально-этическая. Она связана с делом Обжорина – Кривоносовой.

– Подъеду примерно через час, – пообещала я, – точнее из-за пробок не скажу.

– Давайте встретимся в торговом центре около агентства, в кафе на третьем этаже, – тоном заговорщика предложил стажер, – в кабинете Бунин поговорить не даст.