Шут и слово короля

А откуда он свалился, Эдин даже не понял, может, с балки под самым потолком?

Да тут вообще не соскучишься…

Значит, перво-наперво придется переловить тут всех… придворных шутов? И поговорить с каждым? Но начать со старичка — может, тогда с остальными само собой наладится?

А пока поискать, что-ли, кухню, попросить перекусить?

Первая же девушка-служанка во дворе объяснила ему, куда идти. Он толкнул низкую дверь, с удовольствием принюхиваясь к вкусным запахам пряного мяса и свежей выпечки, и понял, что на самом деле проголодался, даже очень.

Что-то не так было в этой кухне.

Он был во многих замках, в разных кухнях. Чем больше замок, тем больше шума и суеты на кухне, больше поварих и поварят, больше шума, звона и гвалта.

Здесь ничего подобного не было. Одна повариха готовила и всем распоряжалась, три другие — метались, выполняя ее указания. Именно так — прямо в рот ей заглядывали. И все было слаженно, быстро и без суеты. Готовили пироги, один, огромный, главная повариха — так Эдин мысленно ее назвал, — самолично закрывала затейливой плетенкой из теста, другой, румяный, с пылу с жару, ее помощница смазывала сливочным маслом.

Главная повариха… Что в ней не так?

Темное платье, рукава закатаны по локоть, седые волосы убраны под кружевную накидку, длинный, до полу, передник.

Да все с ней не так! Не одеваются так поварихи, и все тут! Платье, кажется, бархатное, а подол, вон, мукой испачкан…

Впрочем, разве Эдин не впервые на кухне у самого короля?

Одна из младших поварих повернулась и увидела Эдина, и замахала рукой — ты чего тут, дескать, уходи! И главная повариха вдруг подняла голову и тоже посмотрела на Эдина взглядом долгим и внимательным.

— Доброго дня вам, сударыни. Я…

— Да-да, вот именно. Ты кто и как сюда попал? — улыбнулась главная.

Вот так вопрос. Разве Эдин просто не вошел в замковую кухню?

— Я новый… шут, — объяснил Эдин. — Просто хотел поесть попросить, если позволите.

— Ах, ваше величество! — воскликнула одна из младших поварих, — эту дверь обычно запирают, а тут забыли, простите!

А другая делала Эдину выразительные знаки — дескать, ты уберешься или нет?

— Да тихо вы, — женщина в бархате вдруг рассмеялась. — Заходи, юноша. Если попросить поесть, то почему бы не здесь? Заходи, я сказала! — повторила она повелительно, потому что Эдин замешкался.