Шут и слово короля

— Но, ваше величество, почти все циркачи хорошо сложены. Из-за постоянных упражнений.

— Да, должно быть, это так. Я упомянула сложение, но дело не только в нем. У тебя правильная речь, юноша. Нередко сынки баронов из захолустья… да и не только из захолустья больше похожи на деревенщин, чем ты.

Ох, Храмы и демоны, еще и это…

— Ваше величество. Меня учил грамоте фокусник, помешанный на истории и философии, а еще он возил с собой труды по математике и геометрии. Он сам создавал разные хитроумные механизмы, позволяющие обма… удивлять публику.

Но ни слова больше, иначе меня изгонят из Цирковой гильдии…

Королева расхохоталась.

— Обманывать публику! Я так и думала. Однако каковы циркачи! При короле еще не было советников из вашей гильдии, а может, стоило бы?

— А шуты, ваше величество? — брякнул Эдин. — Разве им не позволено то, чего не простят советнику?

Королева перестала смеяться.

— Ах да, верно. Шуты. Ты в чем-то прав. Однако моя невестка пожелала назначить королем шутов того, кто ничем на шута не похож.

Даже не знаю, что получится из этой затеи. Что ж, ступай, юноша.

— Благодарю, ваше величество.

Эдин поклонился и попятился, но королева опять знаком его задержала.

— Как тебя зовут, юноша? Я имею в виду — по-настоящему?

— Эдин, ваше величество.

— Эдин, — повторила она медленно. — Вот как, значит. Эдин. Хорошее имя. Ну, что ж, ступай, Эдин-шут.

И он ушел. С чувством, что что-то сделал не так. Или сказал не так?

Королева Кандина в два счета связала его с Графом, благодаря пустяковой обмолвке.

Но это ведь не обязательно выльется во что-то серьезное?

Во дворе Эдин тут же столкнулся с помощником управляющего.

— Эй, шут, ну где же ты бродишь! Идем быстрее, портные ждут, тебе же костюмы нужны. Господин Нури велел сделать три штуки, ты счастливчик, всех бы так одевали!

— Давай один подарю тебе?

— Э… нет, благодарю, — хмыкнул помощник, — мне тут другой фасон полагается, менее роскошный.

В швейной распоряжалась невысокая полная женщина в очень простом сером платье, которую следовало звать госпожой Диной.

Она собственноручно сняла с Эдина мерки и весело пообещала:

— Эх, и красавец же ты у нас будешь! Ткани-то какие, смотри!

На огромном столе кучей были свалены отрезы яркого тяжелого шелка, рыхлого бархата и еще гладкой ткани неизвестной Эдину выделки.

Да, роскошно. Кто бы подумал, что в это станут одевать шута.

— Сама выбирала. Поярче, говорю, поярче надо. Чтобы твой костюм от королевского даже издали отличался.