Шут и слово короля

Такие простые просьбы-слова лучше всего действовали на собак. Эдин не почувствовал сопротивления — пес был не против помогать. Но это пока охота не началась…

Эдин попробовал мягко коснуться разума другой собаки, которая лежала рядом с вожаком.

Скорее всего, в это же самое время с собакой говорил другой тай. Это плохо. Тот тай мог почувствовать Эдина. Но, может, обошлось.

Одной собаки было мало, и Эдин принялся осторожно заговаривать с другими собаками стаи, и получил положительный отклик примерно от десятка.

Затрубил рог, собирая охоту, все поспешно занимали свои места, Эдин пристроился на полкорпуса позади короля, а Рай немного позади него. Тут же подтянулись сольвеннский герцог и другие высокопоставленные гости, и охота двинулась за егерями.

Охота на медведя! Такая толпа, лошади, собаки! Эдину казалось, что от них сейчас разбегутся все на расстоянии дня пути кругом. Упругий ветер дул в лицо, унося, должно быть, их запах, но шума, шума было немало! А медведь, любой — зверь опасливый, осторожный.

Впрочем, что Эдин понимал в такой охоте?

Он пытался слушать Вудуду. Точнее, тут не слушать надо было, скорее, ощутить их единение. Это как легкая тяжесть в затылке, причем он не сомневался, что поймет, Вудуду тот зверь, или нет. Если вообще сможет его найти, конечно. Но нет, пока не ощущалось. Вот собак слышал, хоть это хорошо.

Вскоре охота разделилась на три части, чтобы окружить зверя. Якобы найденного зверя, которому загонщики уже день или два не дают уйти.

К королю подъехал егерь и сообщил, что обнаружили следы вепря-одиночки, очень большого.

— Это хорошо, — сказал король довольно. — Может быть, возьмем и его сегодня, если не провозимся долго с медведем, — Эдин отлично слышал каждое слово.

Королю самому не доставляла удовольствия подстроенная охота, так что после подставного медведя он охотно занялся бы кабаном.

Переехали речушку, не слишком широкую и совсем мелкую — кое-где вода бурлила среди камней.

Значит, и правда — Вудуду? И еще было что-то. Хотя, скорее, кто-то, — королевский тай, присматривающий за зверем, чтобы тот в решающий момент не вздумал вести себя как дрессированный. Впрочем, когда медведя начнут рвать собаки, он и так не станет плясать на задних лапах. Но Эдин постарается, чтобы они не начали.