Сибирская амазонка

Прекрати себя изматывать! Я думаю, нам ничего не стоит изменить маршрут и пройти к озерам чуть правее. Ну, потратим еще один день.

Два дня нам вполне хватит, чтобы отоспаться и рыбу половить.

— Пожалуй, верст на десять придется вернуться или чуть больше, но где наша не пропадала? — Глаза Ивана ожили.

Похоже, он совсем не удивился предложению Алексея. — Парней с лошадьми оставим где-нибудь поблизости, а сами смотаемся до этого Шихана налегке. Посмотрим, что к чему, и назад. Только бы ребята не заартачились.

— Думаю, уговорим! Любопытства у них больше, чем у нас двоих, вместе взятых. Непременно согласятся, тем более до отца и матушки, которые их гоняют, далеко. Кто узнает, если мы не скажем, что они нам путь к Шихану показали.

— А если все-таки заладят: «За Шихан нам ходу нет!», — засомневался Вавилов.

— Тогда найдем более веский довод. Рубль, к примеру.

— Ну, от такого довода они точно не откажутся. — Иван рассмеялся с явным облегчением.

И Алексей понял, по какой причине плохо спал его товарищ.

События последних дней не давали ему покоя. Он даже осунулся, а глаза ввалились, словно он не отдыхал от службы все это время, а выполнял одно из труднейших сыскных заданий.

Вероятно, так оно и было. Долг и совесть сыщика не позволяли ему прекратить расследование по факту смерти Голдовского. Только это задание он определил себе сам и переживал, что Алексей не поймет его и откажется распутывать на пару с ним эту незримую сеть, сотканную и наброшенную на всю округу таинственными ратниками в черных раскольничьих балахонах и с серебряными кольцами на указательных пальцах.

— Дядька Иван, — раздалось за их спиной, — чего не спишь?

Они оглянулись. Из шалаша выглядывала заспанная физиономия Сашки. Широко, со вкусом зевнув, он выскочил наружу и нырнул в ближайшие кусты. Вскоре появился и, поеживаясь от утренней свежести, направился к собакам, спустил их с поводка, и они по примеру хозяина тотчас юркнули в высокую траву. Сашка подошел к сыщикам.

Иван пододвинулся, уступая ему место на бревне. Казачок подсел к костру и вытянул ладони над огнем.

— Зябко? — спросил участливо Вавилов.

— Зябко, — согласился Сашка и закутался в старенький армяк, видимо, еще с Гаврюхиного плеча. — Вы как та печка, дядька Иван, греете. Спать жарко было, а как ушли, мы сразу озябли. Я Шурку полушубком прикрыл, пускай поспит до завтрака.

— Замерз, говоришь? — улыбнулся Иван и вдруг ухватил подростка за ухо.