Сильный духом, холодный сердцем

— Уложил на кровать, мать пыталась улыбаться, что-то говорить, а Вика, она… Она не слышит, не видит и не чувствует. У меня своя боль, которая никого не волнует. Лекарства по сетке, по каплям. Должен был сказать: сиди, где сидишь, но я пересел. Я нарушил правила.

— Это была ее судьба, здесь нет никаких правил, Олег Борисович. К тому же, я уверена, что когда-нибудь она поправится.

Поднимаю равнодушный взгляд на соседку.

— Разрушенные рефлексы не восстанавливаются, Любовь Викторовна, вам ли, как медработнику, это не знать.

Сквозь сон слышу резкий сигнал, подрываюсь и становлюсь по стойке смирно. На автомате начинаю натягивать форму, одновременно с этим жму кнопку приема. Штаб вызывает напрямую, диспетчер чеканит, быстро и четко, как на автомате, значит что-то серьезное.

— Так, Кириллов, выезжайте! Садовая, 10. Центральный район, в школе обрушился потолок в спортзале. Под завалами двое и, возможно, больше детей.

Сегодня удалось вздремнуть. Когда так резко просыпаешься, перед глазами мелькают мошки, но я привык.

Я должен действовать по инструкции, а значит собраться обязан за долю секунды.

— Принято, высылаю всех своих и прошу второе отделение. Техника выезжает.

Мои ребята молча бегут, запрыгивая в транспорт на ходу. Они не задают вопросов и ничего не путают. Других в свой отряд я не беру, только тех, кто «дышит» нашей работой и здесь по призванию. Включаем спецсигнал, чтобы добраться до места быстрее.

Позже мы узнаем, что дети с нетерпением ждали каникул, тренер отобрал лучших атлетов из разных школ.

После интенсивных тренировок ребята должны были отправиться на международные соревнования. Но в одно мгновение тренировка прервалась. И спортсменов остановил далеко не свисток тренера.

Во время разминки произошел какой-то взрыв. Они услышали грохот, глаза затуманили столбы пыли и дыма. Спортивный зал в одночасье превратился в груду бетона. Пронзительные детские крики еще больше создавали хаос. Кто-то бросился к выходу, а кто-то совершенно не понимал в какую сторону нужно двигаться. Зал плохо просматривался, но почему-то стало очень мало места.

Что конкретно произошло, понятно не было.

Девочка, выбежавшая к нам на встречу, кричала и плакала, что начала искать тренера и друзей своих, но из-за пыли, она ничего не могла рассмотреть. Тренер по кругу повторял одно и то же, описывая страшную картину. Спрашивал сам себя: сможет ли он собрать всю свою команду, в каком состоянии будут дети и самое страшное, как он посмотрит в глаза родителям своих подопечных.