До того момента пока не увидела чистейшие песчаные пляжи, заросли тропической зелени, ухоженный современные город, пролетающий за окном автомобиля, пока ехали на виллу с бассейном и собственным пляжем.
Душ, обед, сонно зевающая Вика. За Адрианом приехали. У нас охрана и машина для развлечений, недолго думая, отправились в город.
И Адриан был прав, его дочь была совсем не обременяющей, несмотря на остаточные мои опасения.
Она была затягивающей. Безупречным воспитанием и живой яркой любознательностью.
Была притягательна полнокровной жизнью и жаждой, которая присуща только детям.
Она просто очаровывала не по годам рациональностью суждений, самостоятельностью, с ней было интересно, будто заглядываешь в другую вселенную со своими законами.
Я не могла оторвать взгляда от ее расширившихся глаз, полных восхищения и благоговения, когда она смотрела на аквамариновые воды с пенящейся шапкой мягких упругих волн. Рассматривала песок, который был будто бархат, орошенный жемчужной пудрой. Я знала, что даже эту безупречную красоту она видит гораздо ярче и насыщеннее, чем доступно обычному человеку.
И бил диссонансом ее явно урезанный восторг в словах, при таком чистом и по детски прекрасным блеске глаз. Глядя на нее, яркую и живую, я видела наследие Адриана. Она тоже старалась быть сдержанной, она знала границы, ей были объяснены грани дозволенного и пояснены почему необходимы эти грани. Она знала слово ""нет"" и ""нельзя"", но, что самое главное, знала, почему произносятся эти слова.
Маленькая леди. Совершенно неизбалованная при всех безграничных возможностях и бескрайней любви своего отца. Что цепляло гораздо сильнее."
"И она понимала все и ни на чем не настаивала, но она была еще ребенком. Поэтому я чувствовала себя полной сволочью отказывая ей в жаренной ерунде на открытых прилавках, что распространяли умопомрачительный аромат на одной из улиц, где мы проходили. Я попыталась объяснить, почему нельзя покупать готовую пищу на таких открытых прилавках, чувствуя себя отчего-то виноватой.
Вика лишь грустно кивнула, качнув русыми косами, которые утром ей заплела.
Предложила ей зайти на рынок, чтобы она могла выбрать еду, которую мы с ней сами приготовим, избегая вероятности купить готовую, но некачественную.
Памянутая о тошнотворности для нее супермаркетов, я уже готова была смириться с отказом и быстро перебирала в голове варианты, чем отвлечь раздосадованную Вику, но она неожиданно охотно согласилась.
