Съём без правил

С неба снова льет дождь. На руке, от влаги, останавливаются часы. В каком-то безумном забытьи стучу по циферблату. Мне подарил их папа, они больше не работают. Сажусь на лавку, ощущая холодную ткань прилипших к ногам джинсов. Напротив притормаживает машина, молодой мужчина в яркой красной кепке выскакивает наружу, останавливая меня и пытаясь подвести к своему автомобилю.

— Я от Озерского! — кричит он сквозь шум усиливающегося дождя.

Услышав фамилию предателя, кривлюсь, как от кислого. Дергаюсь, мотаю головой.

Я ни за что не сяду в машину, посланную этой сволочью.

Мужчина подходит ближе, стараясь ухватить меня за локоть. Наверное, он хочет помочь. Но мне так плохо.

— Босс попросил меня помочь тебе добраться домой, Константин переживает, что какой-то чувак по имени Марс, может сделать с тобой что-то плохое! Ты ведь Марина, верно?

Не хочу. Не могу. Не буду. Больше никогда и ничего меня не будет связывать с этим человеком, я лучше промокну еще больше, пусть меня прибьет Марс, пускай я заболею двусторонней пневмонией, но я не выполню приказ этой скотины.

Не дослушав, я вскакиваю и толкаю ни в чем неповинного мужика двумя руками в грудь. Посланный Озерским мужчина в шоке отшатывается, смотрит на меня, как на ненормальную. Мне стыдно, что я не могу справиться с эмоциями, но Его фамилия сейчас действует на меня, как красная тряпка.

«Спаситель» проявляет крайне живое участие в моей дальнейшей судьбе, кажется, она волнует его больше, чем меня саму. Дождь лупит по лицу. Я словно сплю с открытыми глазами.

Моя душа застывает, покрываясь коркой льда.

— Костя на конференции, — снова пытается затащить в машину, — он не смог подъехать! Я искал тебя возле универа, но немного опоздал, твои пары уже закончились.

Толкаю молодого мужчину снова, рычу, будто тигрица.

Конечно же не его, а Озерского, но мужчина хмурится, ничего не понимает, а у меня нет сил объяснять. Верно решил, что я сумасшедшая.

— Ай ну нахер вас, сами разбирайтесь, — поднимает он ворот куртки, и махнув на меня рукой, бежит в машину, укрываясь от дождя.

Будто в каком-то ступоре бреду куда-то вперед, не замечая, как по лужам несутся машины, обливая меня с ног до головы. К лицу липнут волосы, а в ботинках хлюпает вода. Но мне все равно.

Я иду вдоль дороги, чтобы успокоиться, чтобы прошел первый шок. Я приду в себя, я справлюсь, мое бедное сердце угомониться. Оно расслабится и уснет навсегда, и больше не одна тварь, не сможет привязать меня к себе.