Съём без правил

Сводный брат Марины вышел на свободу.

Миша вернулся домой, а я вернулась на учёбу. Мама больше не плачет и все время повторяет, что счастье в наш дом вернулось, благодаря «моему» Костику. Не знаю, как объяснить маме, что он не «мой», а общий. Хочется по-детски надуть губы и топнуть ногой. Часами я им доказываю, что он плохой человек и нам следует просто забыть о нем, но родители, будто сговорились. Однако, самое удивительное, что этот гад не отлипает от меня ни на минуту. Ему известны все мои продвижения и планы.

Честно скажу, на учебу возвращаться было страшно. Как я могла спокойно реагировать на рожу Махеева? Меня трясло лишь об одной мысли, что я снова увижу мажора. Но и тут Озерский оказался рядом, он снова был в курсе, когда я выхожу из дома, на каком автобусе еду и в котором часу оказываюсь возле университета. Пронырливый журналюга.

Словно специально нанятый охранник, невидимой тенью Озерский повсюду скользил за мной. Шатался по коридорам и даже сидел на потоковых лекциях, где среди сотен студентов его просто не было видно.

Естественно, мы не разговаривали. Я очень боялась Махеева. Из-за него я пережила уйму боли. И от мысли, что он заговорит со мной, меня просто передергивало от ужаса. И присутствие Кости меня странным образом успокаивало. Несмотря на то, что он гад, бабник и развратник, мне казалось, что он защитит меня. И ни за что на свете не даст в обиду.

А потом Махеева задержали, по слухам скоро будет суд. Это странно. Почему его отец не отбрехался? Какого черта не сработали деньги? Неужели его действительно будут судить за нанесенные мне повреждения? Даже не верится.

Тем не менее это факт, Махеев в СИЗО, а я могу спокойно выдохнуть.

Мама и папа утверждают, что и это дело рук Озерского. Мол, отмстил он за меня, молодец, такого поискать надо! Ну да, как тут не согласиться? Тщательно надо искать, не у каждого мужика коллекция в пять десятков тёлок найдется. Они обижаются на меня, за то, что я с ним больше не вижусь. Все время выпытывают, чем он так сильно провинился.

Молчу, не хочу все это рассказывать.

А еще ко мне приходил его друг, тот самый парень в красной кепке, он сказал, что Константин его не просил со мной разговаривать, но ему ужасно осточертело видеть его кислующую физиономию. Поэтому он решил признаться, что те фотографии выслал он, а не Костя. Что Озерский не виноват и все такое. А ещё из-за меня, Константин стал заунывным евнухом.

Не знаю, что и думать.

Как бы там ни было, не могу я начать жить заново.