Съём без правил

— Коллеги по работе мне рассказали, что у Соловьёва довольно слабое здоровье и, скорее всего, он просто не выдержал того, что с ним делали. Подписал все, что ему подсунули. Дело состряпали, родителей погибшей хоть немного успокоили, получили премию и разошлись.

— Ну и... — откидывается на спинку стула Алекс, внимательно слушая.

— Я пошел в поликлинику, пришлось постараться, чтобы получить доступ к его медицинской карте.

 Алекс ждет продолжения.

— Так вот, — перехожу на шепот, — там ничего нет.

— Пару медосмотров, где все якобы отлично и анализы, кстати, тоже неплохие.

Медсестра, которая мне помогла…

Алекс пошло подмигивает.

— О, я хочу знать все грязные подробности.

— Сейчас речь не об этом, — прищурился, размышляя. — Она как-то странно замалчивает то, почему у слабого здоровьем человека, такая чистая карта? Ты видел карту моей бабушки? Там же куча приклеенных дополнительных страничек. Распухшая тетрадка буквально разваливается по частям.

— Зачем-то им понадобилось скрывать это.

Сажусь, ставлю локти на стол, потирая кулаки.

— Воот, Алекс, воот. Ты начинаешь соображать. Казалось бы, я зашел в тупик. Снова пошел к супруге Соловьёва, и на этот раз, она мне даже не открыла, скорее всего ее тоже запугали. Не представляю, что у него за адвокат был такой, но сейчас снова не об этом.

Я увеличиваю Google карту на экране своего компьютера.

— За домом Соловьёва есть медицинский центр «Ринево».

— Ты думаешь? — заинтересовавшись, Алекс перегибается через стол.

— Я не думаю, я знаю, Алекс.

Возле твоего дома открывают медицинский центр, с точность девяноста процентов, ты будешь там делать узи, посещать узких специалистов, потому что это близко. А кого врача чаще всего посещают мужики за пятьдесят?

— И слава богу. Так вот, — продолжаю. — Карту поликлиники они вычистили, а заглянуть в «Ринево» не догадались. Так спешили повесть на Соловьёва это дело, и запихнуть его за решетку. В общем, мне пришлось потрудиться, чтобы уролог раскрыл для меня медицинскую тайну. Пришлось пообещать, что ни их центр, ни тем более его имя, нигде не всплывут.

У Соловьева эректильная дисфункция, Алекс. Он не мог надругаться над девушкой и долго тащить по лесу тоже не мог. А именно на этом настаивает следствие.

— Вот же гады, — бурчит Алекс себе под нос.

— Я сейчас завершу статью и разошлю разгромную историю в ведущие новостные издания. Это дело получит резонанс и им придется открыть его заново. Заняться, наконец-то, поисками настоящего преступника.