Сюрприз для маркиза

Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, что подруга не уходит за Грань, только благодаря упрямству и недюжей силе воли.

Я аккуратно, как приручают дикого, разъяренного зверя, подошла к герцогу. Любое мое неосторожное слово или действие могло вызвать самую непредсказуемую реакцию. От горя, он просто перестал что-либо понимать.

— Кристоф! — обратилась я к нему. Сначала, я хотела дотронуться до него, приободрить, но видя какой яростью полыхает его аура, решила не совать голову в пасть саблезубому тигру.

 — Лекари говорят шансов нет? — он отрицательно помотал головой.

— Она не умрет, я не позволю…

Я перебила его. — Разреши попробовать мне? Традиционная медицина бессильна, но я не лекарь. Я сделаю всё, чтобы спасти её, но пока ты против, я не посмею.

Несколько бесконечных мгновений он смотрел на меня полыхающими золотым огнем глазами с прорезями узких зрачков.

— Пожалуйста, верни ее мне. — попросил он. Я кивнула.

— Мне нужно, чтобы все покинули комнату, в том числе и вы Катриона, — я повернулась к Рэйджу, — все, кроме тебя.

Мне понадобится твоя помощь.

Все, что мне было необходимо, я взяла с собой. Несколько ритуальных кинжалов, склянки с настройками, свечи, чашу и курильницу.

— Доверяй мне, не оспаривай моих решений и не мешай. — Произнесла я очень серьезно, когда все вышли. — От этого зависит ее жизнь. Она слишком часто в последнее время была на грани. За нее придется побороться.

Рэйдж коротко и обреченно кивнул.

Расставив белые восковые свечи в круг силы, я зажгла их.

Белый огонь нехотя лизал, пропитанный ядом воздух покоев. Капнув в чашу из нескольких бутыльков и погрузив один из ножей в получившуюся смесь, я отставила ее на прикроватный столик. Она мне ещё пригодится!..

Я подошла к распростертому на ложе телу подруги, откинула покрывало и бритвенно-острым ножом из своих запасов разрезала камизу. Осторожно отклеив прилипший пластырь я ужаснулась картине открывшейся перед моими глазами. Паутина черных вен опоясывала бок, поднималась к груди и спускалась к ягодицам, простирая свои мрачные дороги по всей кровеносной системе.

В сердцевине сумеречных силков, как кровожадный паук охраняющий свои владения, находилась зияющая черная рана с незарубцевавшимися краями. Она была обжигающая на ощупь, пульсирующая в такт слабому биению сердца. Я приподняла веки подруги. Оболочку глаза полностью заволокло чернильным мраком. Я поняла, что нить жизни подруги вот — вот оборвется.