Скала Прощания. Том 2

В обеденном зале с высокими потолками благодаря трем большим очагам было тепло и весело, но одновременно они наполняли воздух дымом и запахом жарившегося мяса. Многие решили, что это подходящее место, где можно неплохо провести время в такую отвратительную погоду, и от балок отражались громкие голоса посетителей. Хозяин таверны и несколько его людей точно угорелые носились по всему залу, со стуком ставили на столы кувшины с пивом и вином и одним быстрым движением забирали монеты.

В дальнем конце зала находилась примитивная сцена, на которой мальчишка жонглировал в перерыве представления – ногами, единственными конечностями, что у него имелись, под громкие шутки посетителей подбрасывал в воздух палки – изредка он останавливался, чтобы забрать причитавшиеся ему монеты, брошенные зрителями на сцену.

– Вы проголодались, прекрасная леди? – спросил Аспитис.

Когда Мириамель смущенно кивнула, он отослал двух своих солдат, остальные бесцеремонно прогнали от стола сидевшую за ним семью. Вскоре пара солдат вернулись с жареной ногой барашка, хлебом, луком и щедрым запасом вина.

Полная чаша вина и мясо быстро согрели Мириамель, она обнаружила, что утренняя прогулка вызвала у нее изрядный аппетит. Полуденный колокол едва успел прозвонить, как ее тарелка опустела. Она уселась на скамейке поудобнее, стараясь сдержать недостойную леди отрыжку.

– О, начинается кукольное представление, – сказала она. – Мы можем его посмотреть?

– Конечно. – Аспитис великодушно взмахнул рукой. – Конечно.

Но вы меня простите, если я с вами не пойду. Я еще не закончил трапезу. К тому же пьеса будет про Усириса. Надеюсь, вы не посчитаете, что выказываю неуважение, но я видел таких пьес более чем достаточно – ведь я живу почти на коленях у Матери Церкви – и во всех вариациях, от великолепных до самых жалких. – Он повернулся к своим людям и показал, чтобы они ее сопровождали. – Не самая лучшая идея для хорошо одетой благородной леди оказаться без защиты в толпе.

– Я уже поел, – заявил, вставая, Кадрах.

 – Я также пойду с вами, леди Мария. – И монах последовал за охранниками Аспитиса.

Пьеса была в самом разгаре. Зрители, в особенности дети, верещали от восторга, когда куклы прыгали и колотили друг друга палками. Мириамель также посмеялась, когда Усирис обманул Крексиса, заставив его наклониться, после чего отвесил пинка злому императору, но скоро ее улыбка потускнела. Вместо обычных рогов у Крексиса было нечто, похожее на корону из оленьих рогов.