Скандал

Если бы Кристер чуть больше рассказал ему о Магдалене, он бы проявил к ней больший интерес. А что, у девочки были неприятности?

Нет, этого Кристер не знал. Все, что ему известно, что она была очень одинокой и очень несчастной маленькой девочкой, терзаемой ночными кошмарами.

А теперь он жил в Мотале, и все нити, ведущие к его Магдалене, оборвались. Он написал на курорт Рамлеса и просил сообщить ее адрес, но так и не дождался ответа. После третьей попытки пришло письмо с кратким уведомлением, что частные сведения о пациентах не выдаются.

Разумеется, у него появились бредовые идеи поехать в Бергквару и справиться там о корреспонденции на его имя, или же самому добраться до курорта Рамлеса и «приставить им нож к горлу». Но все это непросто осуществить, если ты школьник и без гроша в кармане.

Наконец он пошел к матери просить помощи потусторонних сил. Пусть они найдут Магдалену или хотя бы разузнают, все ли у ней в порядке. Но у Кристера не было личных вещей Магдалены, а без этого Тула была бессильна.

Она никогда не видела девочку, не приближалась к ней. В отчаянии Кристер умолял Тулу войти в контакт с предками, например, с Тенгелем Добрым или с Суль, но Тула раздосадованно фыркнула. Тревожить их из-за какой-то несчастной любви? И в конце концов Тула не сильна в беседах с предками. Это конек Хейке – он, а не она, владеет этим даром.

По правде говоря, она слегка побаивалась Тенгеля Доброго и его немногочисленную свиту. Совесть ее была неспокойна, давние связи с демонами залегли на душе тяжким камнем вины.

Кристера переполняли беспомощность и бессилие. Почему Магдалена не написала?

Как он не противился, воспоминание о ней постепенно превратилось в сладкую мечту. Но Кристер никогда ее не забывал.

Шли годы. Кристеру исполнилось восемнадцать, и он стал разумным юношей. Ну, или просто юношей, во всяком случае."

"Дедушка Эрланд постарел и одряхлел, и Кристер после окончания школы должен был временно принять под свою ответственность шлюзы. Эрланд обходил свои владения, показывая их Кристеру, и уж поверьте старому унтер-офицеру, во всей Швеции не было более ответственной работы.

Когда Эрланд рассуждал о резервуарах, порогах и шлюзовых воротах, голос его приобретал значительность, хотя Кристер усвоил всю систему, прежде чем дедушка дошел до первых ворот. Но он не перебивал старика, поскольку, невзирая на свои мелкие чудачества, все-таки был понятливым юношей.

Сказать по правде, он принял новые обязанности без особого рвения.