Мне хочется схватить её, поднять на руки и унести в соседнюю комнату – прямиком в мою спальню. Там огромная кровать, я слишком часто представлял, как беру эту женщину там. Раз за разом. Мне нет дела до сегодняшних церемоний и всей этой ерунды.
Я прикрываю глаза, делая глубокий вдох.
Стоило бы прекратить взращивать в себе эти желания, но уже поздно. Она – моя истинная. И эта женщина прочно засела у меня в голове. Пусть она и беременна от другого, это почему-то не делает её менее привлекательной. Скорее просто неимоверно злит и вызывает желание убить того, кто посмел коснуться её.
Дрожащие пальчики Анны скользят по коже, оглаживая грудные мышцы, напряжённые до предела. Я чувствую её даже сквозь мочалку.
– Убери мочалку, мой руками, – приказываю я, впиваясь взглядом в растерянные глаза Анны.
На её лице появляется строптивое выражение, но она быстро берёт себя в руки.
– Как прикажете, мой князь, – цедит она.
В её взгляде так и читается: меня не сломить.
Посмотрим.
Это мне в ней и нравится.
Анна демонстративно кидает мочалку в воду, намыливает руку хвойным мылом, а затем касается ладонью моей ключицы.
Близость с ней была бы чем-то большим, чем просто секс, как с прошлой Анной. Тогда мне просто хотелось понять, каково это быть с истинной.
Но было примерно так же, как и с другими. Единственный плюс прошлой Анны был в красоте, она будоражила. Но душа этой женщины делает тело ещё желаннее.
– Опусти руку ниже, здесь ты уже справилась, – приказываю я с предвкушением."
"Пальцы Анны вздрагивают, она смотрит на меня, я вижу, как расширяется её зрачок, как приоткрываются губы, когда она делает глубокий нервный вдох.
– Анна, – произношу я, перекатывая её имя на языке. – Как тебя звали в прошлой жизни?
– Тоже Анна, – растерянно отвечает она, а затем добавляет куда твёрже: – Я не буду этого делать. Мойся сам. Условия церемонии соблюдены.
Я поднимаю руку и кладу её сверху, прижимая ладонь Анны к своей груди. Затем медленно веду вниз, наблюдая, как учащается её дыхание, когда рука касается верхних мышц пресса.
Я медленно веду ещё ниже, наслаждаясь её реакцией.
Я так хочу её, что сейчас взорвусь. Это пытка. Добровольная. Я сам в неё влез. Думал, справлюсь. А теперь сижу, стиснув зубы, чтобы не сорваться.
– Рагнар, не нужно так… – шепчет она и замолкает, умоляюще глядя на меня.
Я помню, что она никогда ничего не просит, вот и сейчас замолкает. Знает, что я пойму.
Но я не хочу понимать.
Я не отвечаю Анне. Просто смотрю.
Секунду.
Вторую.
