Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

И двое предыдущих перекусили себе вены раньше, чем местные Крысы успели с ними потолковать. Ну что, Волк?

Стражник, к которому он обратился, подошел так тихо, что даже Бердеф его не унюхал.

– Ничего, господин лейтенант. Было их трое, отпустили его на краю леса, наверняка увидав их, и ушли. Через тридцать шагов след обрывается. Словно улетели.

– Тогда возвращаемся в замок. А вы с нами. Нам следует поговорить.

– Уже три месяца в горах гибнут люди. – Командир крепости склонился над столом и тяжело посмотрел на Кайлеан.

 – Я писал об этом в столицу. А все началось вскоре после того, как я получил приказ искать дорогу на Лиферанскую возвышенность, да еще такую, по которой может пройти фургон. Ее нашли, она длинна и опасна, нужно построить пару мостов и расширить несколько проходов в скалах, но по ней можно проехать. И внезапно начинают гибнуть люди. Я шлю весть в Меекхан. И что? Вместо роты или двух от Крыс, поддержанных несколькими военными магами, получаю это! Словно мне мало проблем!

Кайлеан уже сумела понять, что в такие минуты стоит молчать.

Кавер Монель, невесть отчего прозванный Черным Капитаном, хотя генеральская синь на его плаще так и бросалась в глаза, хотел не задавать вопросы, а всего лишь поорать. И нужно было ему это позволить, хотя бы приняв во внимание седые волосы и изборожденное морщинами лицо.

Она знала, что его так разозлило. Он получил приказ и мог бы чего-то подобного ожидать, но вид десяти тысяч фургонов, что въезжают в долину, расположенную у подножия замка, и вправду мог вывести из равновесия.

Как и осознание того, что это лишь четверть всех проблем.

– Как мне поддерживать порядок в Олекадах, как обеспечить наш фланг на случай, если кочевники двинутся в набег, если мы сами тычем палкой в осиное гнездо? Скажешь мне, Крыса? А может, ты, сударыня? Ась?

Однажды ее уже кое-кто называл сударыней, но тогда оно прозвучало получше. Менее… легкомысленно.

– Эти убийства и приход верданно не имеют друг с другом ничего общего.

 – Мужчина справа от нее произнес это спокойным, почти менторским тоном. Ошибка.

– Как это – дойками Андайи клянусь – ничего общего?! Что ты мне, парень, глупости здесь говоришь?! Все началось именно тогда, когда я дал знать, что есть дорога на возвышенность!

«Парню» на глаз было хорошо за тридцать. Эккенхард, Вольная Крыса, как она уже успела выяснить. Оказалось, что он знал Ласкольника и большинство людей из его чаардана.