Скажи маркизу «да»

И день у тебя был долгий и трудный."

"У Рейфа и весь этот год был долгий и трудный. Сначала он лишился отца, а через неделю – чемпионства. Конечно, он делал вид, что не горюет, но она, Клио, все понимала. И она прекрасно помнила, как Рейф выглядел, когда она приехала в дом маркиза Гранвилла вскоре после смерти хозяина. На его лице еще оставались следы жестокого избиения. Да и глаза у него были очень печальные. Жаль, что у нее не хватило храбрости обнять его тогда. Но сегодня она исправит ошибку.

– Почему ты уверен, что не заслуживаешь счастья, Рейф?

Он долго медлил с ответом, потом наконец сказал:

– Не уверен, что ты сможешь понять.

У меня плохо получается быть хорошим, зато хорошо получается быть плохим. Ты не знаешь, кто я, собственно, такой и чем долгое время занимался. Ты не знаешь обо мне очень многого.

– Возможно, и не знаю. Но я точно знаю, что ты кое-что заслужил за свои сегодняшние дела. – Клио приподнялась на цыпочки и поцеловала его в щеку. – Это – за музыку. А это – за цветы. – Она чмокнула его в подбородок.

– Клио, прекрати!

– И еще – за торты. – Она прижалась губами к его шее и замерла, с жадностью вдыхая мужской запах.

Внезапно из его груди вырвался сдавленный стон, и Клио тотчас же поняла, что стон этот придает ей смелости; ей нравилось чувствовать свою власть над этим мужчиной. Подумать только!.. Рядом с ней – Рейф Брандон, один из самых сильных и опасных мужчин Англии. А она, мисс Клио Уитмор, заставляла его стонать!

Подняв голову, она убедилась, что он пристально смотрит на нее.

И его глаза были затуманены желанием.

– Ты должна покинуть эту комнату, – тихо произнес он. – Немедленно.

Но это не входило в планы Клио. Спорить она не стала, однако же и выходить не собиралась. И она понимала, что в душе Рейфа шла борьба: он разрывался между чувством долга и влечением к ней. Да-да, это была настоящая борьба. И она, затаив дыхание, ждала исхода этой борьбы.

И вот, наконец, его руки легли ей на талию, а потом… Потом он вдруг крепко прижал Клио к себе – и при этом ее ноги оторвались от пола.

Но она ничего не имела против. Жар его тела, казалось, вливался в нее, пробуждая неведомые доселе ощущения.

Внезапно его губы оказались совсем рядом с ее губами, и теперь его дыхание было шумным и прерывистым.

«Да, господи, да!» – мысленно воскликнула Клио. Вот что значит желать и быть желанной! И теперь, когда она это узнала, – теперь никто не заставит ее довольствоваться малым. Она не хотела «удобного» и приличного во всех отношениях брака.