Скажи миру – «нет!»

Там, конечно, было холодно, но все лучше, чем бегать по сугробам, отгоняя волков. Вход в сортир плотно закрывала обтянутая шкурой плетенка. Такую же собирались сделать для главного входа, но пока обходились все теми же шкурами.

Тренировка, судя по всему, закончилась. Во всяком случае, я оказался тут не первым парнем. Игорь Басаргин, задавшийся целью сделать себе то, что обтекаемо называл «музыкальный инструмент», возился с деревянной заготовкой корпуса. Сморч сшивал толстые полосы дубленой кожи – он мастерил себе этакий жилет, вроде ламеллярного доспеха, какие видел у ребят Лешки.

Игорек Мордвинцев вырезал из кости крючки – лицо у нашего рыбака было мечтательным.

«Племя, – печально и весело в одно и то же время подумал я. – Честное слово – племя!» И представил себя со стороны – четырнадцатилетний мальчишка с коричневым от загара лицом, длиннющие волосы надо лбом перехвачены полоской кожи, грубо сшитую куртку перечеркивают ремни стального оружия, синие спортивные брюки, очень потрепанные – и серые от въевшихся пыли и грязи белые туфли.

Сзади неслышно подошел Вадим, положил мне руку на плечо. Предложил серьезно:

– Давай я возьму пару человек и сходим за солью? Мы же почти в Чехословакии, а тут есть где-то соляные месторождения… Без соли мы мясом не запасемся.

– Сам пойду, – ответил я. – С этой рукой вообще тут засиделся.

– Я лично до сих пор на животе сплю, – поделился проблемой Вадим. Шрамы справа на голове у него прикрывались волосами, но часть их все равно была видна. – Идею у меня отбираешь, да?

– Да ладно тебе, – подмигнул я ему.

 – Князь я или не князь?

– Князь, князь, – согласился он. – Князь и должен быть впереди. На лихом коне. Только верхом ты ездить не умеешь… Слушай, давай я схожу. Очень хочется. Сашку возьму, Олега Крыгина, Соколова Андрюшку. Мордву еще. И хватит. Через недельку вернемся. Честное слово, очень хочется. Устал на месте…

– Погоди, – у меня забрезжила смутная мысль, – постой, Вадим… Вечером поговорим. Вечером.

Вообще-то можно было жечь костер и снаружи. На площадке перед входом, огражденной скалами, заметно не было.

Но мы, наверное, успели здорово соскучиться по дому, по месту, где можно просто отдохнуть под крышей, отгородившись от ночи дверью, поэтому мы жгли костер и собирались только внутри.

Кстати, тропинку Андрюшка Альхимович перекрыл ловушкой, которую настораживал только на ночь. На задевшего веревку (а не задеть ее было просто невозможно) неотвратимо, страшно и точно падал заточенный кол. Шуму при этом было полно.