Скажи миру – «нет!»

– Мои люди пойдут за мной, – подтвердил я. – А потом – мы уже отправили на тот свет одного такого, вроде Нори… Я хотел предложить тебе долю в этой игре.

– Я ничего не делил с Мясником, – покачал головой Франсуа. – Мне он не нравится, но не более.

– А я думал – все французы рыцари без страха и упрека, – полушутливо заметил я.

Я-то почти пошутил. Но странно – это возымело действие! Франсуа вскинулся, его светло-карие глаза коротко сверкнули, но он промолчал, а я сменил тему:

– А о Городе Света ты что-нибудь слышал?

– Легенда, – отмахнулся Франсуа, успокаиваясь.

 – Такая же, как о Туманных Стражах. – Я вздрогнул, но француз этого не заметил. – Или о Бесконечной Тропе…

– А что за Бесконечная Тропа? – заинтересовался я.

Франсуа удобней устроился на пеньке и заговорил, сцепив руки на коленях:

– Это тоже легенда… – и надолго умолк, а я удивился, потому что уже понял – француз любит поболтать. Молчал он долго-долго, но потом заговорил снова: – Мы все так или иначе хотим вернуться, но возвращаться нам просто некуда.

А умирать бессмысленно никому не хочется уж и вовсе, вот и выдумывают себе… утешение. Что вроде бы наступает такой момент, как бы переломный. И перед тем, кто остался жив во многих боях и вообще вел себя достойно, открывается что-то вроде… двери. Это может произойти в любом месте, где угодно и когда угодно. Тогда можно уйти.

– Обратно? – поинтересовался я.

Франсуа пожал плечами:

– Нет, зачем? В том-то и дело. Уйти в совсем иные миры. По Бесконечной Тропе – и выбрать любой мир себе, по желанию – тропа-то бесконечная! Совсем любой.

И поселиться там, и жить, как тебе хочется. Совсем по-нормальному. Взрослеть, иметь детей, строить дома… – Голос француза был тоскливо-мечтательным, но он оборвал себя: – Только это просто мечта. Легенда. Отсюда можно уйти только на тот свет, – он криво усмехнулся и уже деловито продолжал: – Вы, если хотите, можете задержаться тут на сколько угодно. Мы уйдем в июне на север, всегда хотел побывать в Скандинавии. И на твоем месте, – он соскочил с пенька, – я бы все-таки не трогал Мясника, Олег.

Он не стал дожидаться моего ответа, да я и не собирался ничего отвечать…

…Вокруг бушевало почти настоящее лето. Пожалуй даже, здешняя весна была получше любого лета – я ни разу не видел такого сумасшествия прущей из земли зелени…

Я босиком спустился к неширокой, но бурной и быстрой речушке. Огляделся, стоя по пояс в разлапистом папоротнике. И начал раздеваться.