Скажи миру – «нет!»

 – Я плыл на нашей второй ладье, но в устье Дуная урса напали с лодок… Нам рассказал о тебе Тиль…

– Тиль ван дер Бок? – спросил я.

Мальчишка с трудом наклонил голову.

– Да… он просил, чтобы вы пришли на помощь… ради того случая, когда он помог в Карпатах… он будет ждать на Змеином… Ниггеры рвутся на Кавказ… остановить… помоги остановить… я выполнил свой долг… я… умираю… Олег, пожалуйста… встань… встань с нами…

Он выдохнул и вытянулся на доске.

Положив ему на лицо ладонь, я закрыл мертвому глаза. Потом поднялся и, посмотрев на Ясо и Арниса, сказал:

– Похоже, плавание на запад откладывается.

У нас появились срочные дела в другой стороне.

Рассказ четырнадцатый

На южное побережье Черного моря вновь пришла ранняя весна. Северней все еще трещали морозы в занесенных снегом лесах, а тут суровые скалы покрыла розовая пена цветущих миндальных рощ, вьющиеся потоки зелени свешивались в ущелья и весело гремели сбросившие уже весенний излишек воды стремительные каскады.

В виду берега ходко двигались четыре корабля.

Разные, но держащиеся плотной кучкой, чем-то напоминавшие компанию хорошо сдружившихся людей.

Слева-справа и чуть впереди стремительно бежали под парусами два похожих корабля, узких, длинных, напоминавших мечи. Правый нес черный парус и носовое украшение в виде улыбающейся акульей морды. У левого парус был белый, с большим алым прямым крестом, а на носу – голова дракона.

Между ними и чуть позади держался немного похожий – только пошире – корабль под алым, расшитым золотыми ромбами поверху и понизу парусом, с высоким резным носом.

А за ним шел широкобортый, под белым парусом, высокий когг, мачту которого украшал белый флаг с алой скругленной свастикой.

Попутный ветер подгонял корабли, давая людям на них отдых, похожий на скуку.

Дружины морских ярлов – ярла Скалы Лаури и ярла острова Терсхеллинг Тиля – вместе с дружиной князя острова Змеиный Ярослава и вольного князя Олега вошли в Черное море в поисках приключений, чести и славы.

Год прошел. Год целый, а я все еще нет-нет, да и ищу взглядом Сергея… или Андрюшку… Да и то, что Сани нет рядом, – тоже странно.

И к новым лицам за три месяца я так и не привык. А надо. Надо, надо, надо – они теперь члены моей семьи, мое племя, я в ответе за них.

А из наших двадцати семи осталось девятеро. Со мной девятеро. Такая вот… арифметика.

Странно. Больше всего я тосковал по Сергею. На острове – не тосковал, а последние месяцы временами до взвоя мне его не хватало…

– Господи, как же мне погано.