Увидев Галину, он покраснел, закашлялся и виновато произнес:
– Я отец Борового.
– Отлично! – рявкнула Галя.
Она уже настолько устала от разочарований, что не находила в себе сил бороться с мелкими и крупными пакостями, преподносимыми судьбой. Про Борового она успела забыть, но его папаша, так некстати обнадеживший своим визитом, требовал внимания и подробного рассказа о своем отпрыске. Не поскупившись на подробности, Галочка мстительно вывалила горе-отцу свое мнение по поводу перспектив, ожидавших мальчика в ближайшем будущем.
Когда она добралась до красочного расписывания процедуры оставления на второй год, ее взгляд вдруг упал на серое лицо родителя. Волна стыда, накатившая на Галину, выбила из нее нечто необъяснимое:
– Но я могу с ним позаниматься дополнительно, чтобы нагнать программу.
Она ненавидела оставаться в школе после уроков. Любому задержавшемуся тут же находилось общественно-полезное занятие вроде участия в создании стенгазеты, составления плана культурных мероприятий на следующую четверть или просто беседы с директрисой.
Ту к старости потянуло на демагогию, и она залавливала членов педколлектива в коридоре, задавая риторические вопросы, на которые сама же и отвечала.
– Спасибо. – Папаша побагровел и чуть не сломал утащенный с Галочкиного стола карандаш, который он нервно вертел в руках. – К сожалению, мне сейчас не по средствам брать репетитора.
– Да вы с ума сошли! – взвилась Галя.
– Это же мой ученик! Как вы могли подумать, что я буду заниматься за деньги?
– Ну и дура! Устроила богодельню, – ворчала Наташка, с которой Галя отважилась поделиться своим сиюминутным порывом. – Нормальные люди занимаются именно за деньги! То, что ты сделала, называется демпинг. Смотри, узнают коллеги по цеху – затопчут! И вообще, если на тебя так накатывает, то могу огорчить: от длительного простоя у тебя начинается ранний климакс. С этим надо бороться!
– Чем? – Галя уже жалела, что рассказала все острой на язык подруге.
– Не чем, а кем! Вот, хотя бы папашей этим!
– На любого папашу есть мамаша, – бдительно напомнила Галочка.
– Ты про которую? Хотя… обе нам могут помешать, – пригорюнилась Скачкова. – И даже не обе, а все три: твоя мамаша, его мамаша и мамаша его ребенка, она же по совместительству жена! Мужик-то симпатичный?
– Обычный, – пожала плечами Галина.
– Ну-ну. Жди принца.
