Скиф-Эллин

Я собрал старших воинов, поскольку для всей илы места в доме барышника не хватило бы, и высказал им свое мнение.

— Я уеду в любом случае, с вами или без вас. Мне хватит того, что уже захватил, — начал я. — Если кому-то мало, хочет рискнуть и хапануть еще немного или потерять всё, пусть остается. Всадников из Скифской илы с радостью возьмут в любую другую наемническую. Пифия предупредила меня, что после захвата столицы Державы Ахеменидов дела у македонской армии пойдут все хуже и хуже. Она начнет проигрывать малые сражения, а потом влезет в такую даль, откуда с трудом вернется, побросав всю добычу.

Так что решайте сами. Послезавтра обещали выдать награду тем, кто уезжает, поэтому завтра вечером я должен знать, на сколько человек получать. Остальные пусть подыскивают место в других илах и получают там в три раза больше.

Из всей Скифской илы не захотели возвращаться домой двадцать семь человек. В основном это были те, кто перешел к нам во время похода из других отрядов.

Деньги нам выдали, хотя и на два дня позже. Мне, как командиру илы, дали три таланта серебра. За что я искренне поблагодарил.

Утром следующего дня из Персеполя вышла большая колонна дембелей разных национальностей. Впереди скакала пара сотен гетайров, за ними шагали с полтысячи педзетайров, а дальше ехал их общий обоз. Следом двигались вместе со своим обозом наемные всадники, а за ними топала наемная пехота, которая, за редким исключением, сама несла свою добычу и провиант на дорогу.

Впрочем, с едой в Персеполе с каждым днем становилось все хуже, что, как мне кажется, было еще одной причиной, по которой солдаты решили вернуться домой. К тому же, становилось все теплее, и город начала заливать талая вода, текущая с гор. Пока что по улицам можно было перебраться, перепрыгивая через ручьи и лужи. Что будет дальше, я не захотел смотреть. Наверняка ничего хорошего, потому что в самом городе и рядом с ним было много незахороненных трупов. Пусть это будет проблемой Царя Всего и его доныне непобедимой армии.

44"

"По пути домой мы на своей шкуре прочувствовали грандиозность военных завоеваний, в которых принимали участие. От Персеполя до Эфеса добирались четыре с половиной месяца, проходя в день от двадцати до тридцати километров в зависимости от рельефа и погоды. Большую часть пути двигались по Царской дороге, довольно приличной и не только для данной эпохи.