Сколько стоит ваше сердце?

Ну и что? Кого это сейчас-то волнует. А баронессу и раньше не особо тревожило, что думают о ней другие, если этих другие не звали "герцог Монтрез"

— Во что? — удивилась шатенка.

— А в молчанку. Самая подходящая игра. "Тише, дети. Кошка сдохла. Хвост ее облез…"

— "Кто промолвит слово — тот ее и съест!" — закончила шатенка.

Карета, наконец, освободилась из затора и колеса бодро загромыхали по мостовой, выложенной булыжником, и баронесса порадовалась, что затеяла молчанку. Тут можно было и язык откусить.

Снабжать рессорами арестантские кареты, естественно, никто не собирался.

— Ваше имя, — молоденький расследователь придвинул к себе очередной лист пергамента и обмакнул пер в чернильницу. Он был сосредоточен, утомлен, слегка зол. Всего в меру.

— Баронесса Шайро-Туан, Алета.

— Ага… А на самом деле?

— У вас есть основания сомневаться в моих словах? — шевельнула бровью Алета. Она сидела прямо, сложив руки на коленях, как и положено благородной даме… Хотя, благородные дамы в такие истории не попадают.

Хорошо, как положено благородной даме в трудных обстоятельствах… Звучало это так, словно ей деньги были нужны.

— Кто может подтвердить вашу личность? Из людей, заслуживающих доверия.

— Его Светлость, герцог Монтрез.

— Которого нет в столице, — кивнул расследователь, — а кто-нибудь еще?

— Боюсь, из тех, кто есть сейчас в столице — только Его Императорское Величество, Рамер Девятый.

Паренек вскинул голову.

— Шутим, значит.

— А толку? Если вы не узнали кольца, то говорить с вами на эту тему смысла нет, — пожала плечами девушка.

— Значит, поговорим на другую, — покладисто согласился парень, — Где вы были сегодня, на рассвете.

— В гостевом крыле императорской резиденции, — абсолютно честно ответила Алета, в надежде, что в этом абсурде появиться хоть что-то, на что можно опереться.

— Что вы там делали?

— Гостила. Или вы имеете в виду, что делала конкретно на рассвете? Спала. Меня разбудил пожар, а потом ворвались гвардейцы.

— Кто-то может подтвердить ваши слова?

— Аней. Моя горничная.

— Которая вам служит. И которая, конечно, подтвердит все, что скажет хозяйка, — покладисто кивнул расследователь, — очень удобно.