Сколько стоит ваше сердце?

Да и остальные… Имели право, демоны вас всех забери! На Южном от них осталась всего треть. Юст, Арже, Кей, Нолан, Рори…

Неожиданно молодой стратег почувствовал на плече тяжелую руку генерала.

— Помоги старику спуститься, — Здоровенный как медведь, Райкер навалился на него тяжело, без шуток — и внезапно до Марка дошло очевидное: в жизни генерала потерь было в разы больше. И он тоже вспоминал. Каждого. По имени.

— Герои, вам слово, — Улыбка Рамера Девятого, так и не севшего на трон, была, кажется, вполне искренней, — По освященной временем традиции, я готов исполнить по одному желанию.

— Служить Империи, — буркнул Райкер, — давно нет других желаний.

Вейли молча согласно кивнул. Видимо, это была еще одна традиция: Его Величество предлагает — подданные отказываются.

— А ты, стратег? Неужели тоже нечего пожелать?

…Наглость — второе счастье, так?

— Мой Император, — Марк прикрыл глаза, чтобы не выпустить раньше времени пляшущих демонов…

— Да, — поощрил повелитель.

— Возможно, мне завтра в бой, из которого я уже не вернусь.

Я хочу просить вашего позволения танцевать с самой красивой девушкой Империи, графиней Шайро-Туан. Если она, конечно, согласна подарить мне танец.

Если бы посреди зала долбанула еще одна арка перехода и образовался новый залив, шок был бы меньше.

Райкер глядел на стратега с нешуточной тревогой. Вейли — с опаской, как на психа, к тому же буйного. Трое гвардейцев, пригласивших его выпить — привалились к колонне и угорали, показывая ему на пальцах не слишком приличный жест высшего одобрения, типа: "Ну, ты, отжег!"

Рамер Девятый нахмурился.

— Танцевать? Здесь?!

— А что? — Решив, что терять ему уже нечего, Марк пошел ва-банк, — если немного расступиться, места хватит. Музыканты есть. Не вижу никаких препятствий.

— Арк, похоже, твой стратег вообще никогда в упор не видит препятствий для своих идей, — отозвался повелитель, качая головой. — Что ж, традиции святы. Алета, дорогая, вы не против — подарить танец герою?

Народ немедленно растекся по стенкам, освобождая место в центре зала.

Вступил оркестр. Конечно, это был не эльс, такого Винкеру никто бы не простил, да и не позволил. Это была медленная, торжественная павана, которой обычно открывали балы.

Марк осторожно взял в руку ее тонкие пальцы — они оказались ледяными. Это было плохо. Как бы девушка не упала в обморок.

С тревогой поглядывая на нее, немного непривычную в таком глухом и тяжелом платье, Марк повел Алету в танце.