Сколько стоит ваше сердце?

Ошибки здесь быть не могло — такой оттенок волос встречался не часто. За всю свою не очень длинную жизнь Эшери видел его только дважды: на семейном портрете бабушки Элмер… и в зеркале.

— Она — там? — где "там" Кот не уточнял, да этого и не требовалось. — То, что это блеф — возможно?

— Из Аверсума она исчезла. Ее подруга, виконтесса Рейли, у целителей в очень тяжелом состоянии. Допросить ее не удалось, виконтесса не приходит в сознание.

Панику удалось подавить почти мгновенно. Слишком большой роскошью была паника.

— Требования? Выдвигали?

— Читай, — пожал плечами повелитель. — Все равно к утру все страшные тайны перестанут иметь значение.

Почерка кузины Эшери не знал. Не писали они писем друг другу, как и договорились. Чтобы не будить лихо, пока оно тихо.

Но документ был официальный, должным образом заверенный, со всеми подписями и печатями. Алета сообщала, что почувствовала вкус к служению и приняла сан младшей жрицы ордена Сестер Утешительниц. И ее приданое полностью отходит Храму, в качестве вступительного взноса.

— Ну что ж, — сказал Эшери, складывая письмо, — по крайней мере мы ТОЧНО знаем, где кузины нет. В резиденции Утешительниц ее можно не искать.

Антрацитовые глаза моргнули.

— Вся эта… чушь не стоит тех чернил, которые на нее извели, — пояснил Кот, — Алета несовершеннолетняя и без согласия официального опекуна, то есть меня, имеет право на этой косе разве повеситься — но никак не остричь ее во славу Святых Древних. Даже если над ней провели полный обряд — законной силы он не имеет.

— В том случае, если Алета будет жива.

Двое мужчин помолчали. Молчание было тяжелым и тягостным, слишком многого они недоговаривали и от того косились друг на друга как кот и пес, взявшие друг друга в союзники временно и вынужденно.

— На сколько назначен штурм?

— За клепсидру перед рассветом. Обстреливать начнем раньше.

Эшери размял запястья, заодно проверив, легко ли вынимаются ножи из специальных браслетов-ножен. За этот месяц он привык следовать кайорской моде на стилеты, припрятанные везде, где можно — и не собирался от нее отказываться.

— Я ее вытащу, — пообещал он, — Если Алета там.

Рамер встал так резко, что упал тяжеленный стул. Повелитель лишь мельком глянул на него, но поднимать не стал:

— Я посылал в Атру семь хорошо подготовленных групп. Семь! Вернулись трое. Их отчеты… я тебе дам, хотя пользы от них немного. И прядь волос дам.

— Благодарю.