Сколько стоит ваше сердце?

По ближайшим деревням срочно послали солдат с наказом привести, минимум, два десятка коров — маленькие дети нуждались в молоке.

— Сколько человек осталось в городе? — спросил Рамер Девятый.

— Чуть больше двух тысяч. Все — благословенные, — генералу Райкеру предложили кресло, но он предпочел стоять.

— Они не пытались покинуть город?

— Пытались. Арка сожгла троих, после этого попытки прекратились.

— Что будем делать дальше?

— Что собирались, — отозвался Эшери. — С мятежом нужно покончить как можно быстрее.

На закате я войду в город. Со мной пойдут только те, кто… поймет правильно. У кого достаточно крепкие нервы и четко расставлены приоритеты. Остальным этого лучше не видеть.

Кот поднял пятерню на уровень лица, прищелкнул пальцами. Личина маршала сползла, как утренний туман и Рамер Девятый невольно опустил глаза. Смотреть на Монтреза в облике Кера было все-таки легче.

— Я уверен, кузина жива и уже далеко от Атры, — опять угадал его мысли невозможный Кот.

 — Между нами кровная связь. Если бы она погибла, я почувствовал это на любом расстоянии. Алета, определенно, жива и даже не ранена.

— Ты уверен, что говоришь это не для того, чтобы меня успокоить? — сощурился повелитель.

"А ведь он, похоже, любит, — подумал Монтрез, — и очень сильно. Сам этого пока не понял, прикрывается государственными интересами, шахтами, своими правами — но его сердце задето. Да-а. Трудно придется Винкеру… Император не из тех, кто легко отдает то, что считает своим".

— Вне всяких сомнений, Ваше Величество. Дьюри, — новый адъютант вырос, словно из под земли, — передай, чтобы мне подобрали коня. Любого, но, желательно другой масти, чем жеребец маршала. Не будем путать людей.

— Значит, слава полководца, взявшего укрепленный город без потерь — Керу. А слава карателя — тебе? — первым понял Райкер.

— Светлому — Небо, темному — ад, — известной поговоркой ответил Эшери, — а мое от меня не уйдет. Помянем Кера — и будем отряд набирать.

Мне хватит сотни.

— Тогда зачем набирать? — хмуро спросил Райкер, — Бессмертные пойдут. В Атре Марк пропал… Они за него весь город с землей сравняют — не промедлят.

— Это как раз то, чего я хочу избежать, — качнул головой Эшери. Голос его, такой же негромкий, ощутимо похолодел, — Мы идем не мстить, а карать мятежников за совершенное преступление. Все, кто пойдет со мной, должны понимать, что мы несем не смерть, но справедливость.