Сколько стоит ваше сердце?

— Вызывая сюда, я не хотел, чтобы и эта обязанность свалилась на тебя, — в антрацитовых глазах мелькнуло почти сочувствие. Или что-то очень близкое.

— Ничего. Палач — это всего лишь работа. Если она не приносит наслаждения, то и душу не пятнает.

— А репутацию? — спросил Райкер.

Монтрез задумчиво улыбнулся, глядя сквозь бокал сухого, несладкого вина на старого генерала.

— Репутация… Такая репутация может оказаться очень полезной. Вы ведь понимаете, господа, что с падением Атры ничего не заканчивается? Где-то шляется то ли сорока, то ли семидесятитысячная армия Света, Кесар даже не думает сдаваться, Кайора горит, Шатерзи и Каротта мечтают отложиться.

В такие сложные времена жупел — вещь далеко не лишняя в хозяйстве.

— И ты добровольно предлагаешь себя на роль такого жупела? Всеми проклинаемого и ненавидимого посланца ада?

— А что? — в зеленых глазах сверкнули насмешливые искры, — Роль-то моя. В конце концов, все знают, что демоны, когда являются в личине человека, необыкновенно хороши собой.

Помянем маршала. Тропою света облака ему под ноги до самых врат…

— До самых врат, — хором повторили император с генералом.

Баллисты старались, но не смогли пробить щит, который держал Эшери. А ворота они просто вышибли воздушным кулаком — и вошли. Не как хозяева — хозяев у этого города больше не было, кому нужны развалины? Разве — ученым, но те между собой всегда договорятся и поделят его мирно.

Белый Хорек прятаться за спинами младших жрецов не стал, вышел на встречу.

Доспех ему шел — в сверкающих латах, с развевающимися по ветру светлыми волосами он был похож на посланца Облачного сада. Ласти, наверняка, признала бы сразу.

— Надеюсь, все с утра помолились? — осведомился Эшери, — спрашиваю ради вашего посмертного блага, потому что мне, если честно, все равно.

— Ты не веруешь в Святых Древних, еретик? — ужаснулся жрец, — да как же они тебя до сих пор терпят?

— Хороший вопрос, — мягко улыбнулся Монтрез, — но не ко мне. Через пару мгновений вы будете иметь честь задать его самим Святым Древним… если к тому времени не пропадет желание.

Кот вскинул руки и огненная волна прокатилась по площади из конца в конец, оставляя за собой лишь пепел. Чистый и сухой пепел. Никакой пищи воронам, никакого рассадника эпидемий.

Эшери обернулся и встретился глазами с теми, кто пошел за ним на эту миссию. На него смотрели по-разному: спокойно, сурово, выжидающе, даже испуганно. Восхищения не было.