Скованные

Трава на небольших полянках застлана шуршащим ковром.

Автобус проехал высокий кованный забор, но резиденции не видно: только дорога и лес по краям. Вильнули вправо, затем влево. Пейзаж не менялся. Свернули направо и, наконец, увидели длинное двухэтажное здание, ухоженный сад из простых кустарников. Парковка заставлена авто разных цветов.

Чудесно, наши "хозяева" уже здесь.

Нас высадили на приличном расстоянии напротив двустворчатых дверей. Спенсер появился сразу, стоило первому студенту сойти с автобуса.

— Не разбредайтесь! — скомандовал куратор, приближаясь.

 — Разместитесь, потом пройдетесь по округе. В радиусе километра ходить разрешаю.

Потрясающая щедрость. Нам бросили километровый поводок, в пору плясать от счастья. Лишь бы его не расплескать.

— А мы здесь под официальным надзором университета или все же по прихоти столичных? — Мадина с вопросом вышла из автобуса последней.

Спенсер растянул губы в ироничной дружелюбной улыбке.

— Оставь вас без присмотра, потом искать замучаемся, — он развернулся и дерганной походкой направился к дверям.

 — Мы с профессором Гринвуд здесь в коротком отпуске. Вы сами по себе, мы — сами, но за вами следим. Слезы и сопли никому подтирать не буду, нытье: "Он грубо мной воспользовался", — слушать не стану. Мальчиков тоже касается.

Потрясающий человек. Во всех смыслах.

Роскошный холл был призван вызвать положительные эмоции, но я лишь уныло скользнула взглядом по стильному интерьеру и уставилась на куратора.

Работники этого чудесного места отличались строгой формой темно-зеленого цвета.

Они проводили нас недоверчивыми взглядами, будто мы всем скопом вынесем половину предметов, отвечающих здесь за роскошь.

Спенсер точно знал, куда идти. Он уверенно вел нас по коридору с толстым ковром. Он напрочь заглушал шаги. Так и не понять, что идут два десятка человек.

— Ваши комнаты на первом этаже, остальные студенты на втором, — куратор не тратил время зря, по пути проводил вводную лекцию. — Спален хватило на всех, так что живете по одному. Завтрак для посещения обязателен, все услышали? Ужин в семь.

Разрозненные звуки "угу, ага" заполнили помещение.

— Где-то здесь ваш зал для посиделок, — Спенсер покрутил пальцем. — Найдете, не маленькие. Столичные наверху. Мы с профессором Гринвуд в другом крыле. С личными драмами не принимаю, с существенными проблемами — добро пожаловать. Все. До завтра.

Он, не останавливаясь, пошел дальше, а нас оставил у вереницы закрытых дверей.

— Комнат ровно двадцать! Сами делите между собой.