Скованные

На другом конце столовой сидели преподаватели, среди них и Спенсер. Им ведь всем известно, что устраивают столичные. Они знают. И допускают, потворствуют издевательствам. Потому что сами наверняка были среди тех, кто устраивал "посвящение". Поэтому они к нам относятся не лучше.

Такой абсурд: заставлять, вынуждать поступать в Университет Амока, чтобы… Видимо, чтобы обеспечить столичных "игрушками". Развлечением на время учебы. Чтобы доводили неприязнь к приезжим до первоклассного уровня.

Веки прикрылись от наслаждения.

В грудную клетку словно засунули жар-птицу. Она встрепенулась, расправила крылья, обжигая изнутри. Уронила пламенное перо в район желудка, еще одно упало в низ живота.

Я обернулась. К центру зала, расправив плечи, шел Малин в окружении неизменной компании.

Случайно зацепила взглядом Дрейка. Он усмехнулся мне. Малин заметил, проследил за траекторией.

Бледно-желтые глаза будто просверлили дыру, сквозь которую бесконечно вытекал воздух, создавая дефицит кислорода.

Вцепилась в кружку, борясь с порывом подскочить с места и подбежать к Малину.

"Отвернись. Ну же!", — мысленный приказ остался не услышан.

Я не могла перестать смотреть. Это… чудовищная сила притяжения.

Крылья носа Малина подернулись. Грудная клетка заполнилась кислородом.

Он пытался учуять. Распознать запах, который случайно уловил в первую встречу, но… Развернулся и сел за стол.

Без зрительного контакта натянутая пружина, готовая подбросить меня на месте, ослабла. Только запах не исчез, он по-прежнему туманил разум.

За столом шло какое-то бурное обсуждение, а я пыталась отключиться от обоняния. Жаль крем не блокирует запах истинного.

Учебное время утекало песком в огромных песочных часах. Так медленно, что казалось песок никогда не закончится.

Стандартные предметы первого курса, ничего особенного. Не считая высокомерного отношения преподавателей, поистине достойного биомусора.

Радовало, что занятия у нас и у столичных проходили отдельно. Слышали от старших курсов о крайне редких, но всегда запоминающихся совмещениях.

Историю вел Спенсер.

Иронично: куратор биомусора рассказывал как же мы докатились до такой жизни. Разумеется через призму столичного: кривую, в трещинах и пятнах.

Когда случилась древняя химическая война из восьми миллиардов людей на планете осталось примерно сто миллионов. Разбросанные по разным частям света, наиболее здоровые начали искать убежище.