Скованные

Воображение сработало безотказно.

Картинка, как нас вышвыривают на красно-оранжевую с бордовыми прожилками землю, нарисовалась ярко. Появилось покалывание в ладонях, будто я уже обожглась.

Самовнушение сильная штука.

— Кого-то придется принести в жертву, чтобы добраться до города, — продолжила я развивать плохой вариант, пока мы шли по дорожке.

— Придется слушать крики боли, — Нэнси снова оттянула рукава. — Я не смогу.

Что-то внутри подстегивало продолжить.

— Обувь истлеет, ты почувствуешь запах горелой кожи…

Нэнси поморщилась, словно в самом деле его ощутила.

— Повсюду будут слышны мучения, плач, дышать будет все труднее…

— Ты специально, да? — перебила Нэнси, насупившись. — Мне страшно, да. Нагонять панику я умею превосходно.

Усмехнулась, беззвучно соглашаясь.

На подходе ворота открылись. Встревоженные студенты прикладывали личный номер к сенсору, отмечая выход за территорию.

Вереница неторопливо, опасливо скрывалась в автобусе.

Приложила кулон к замку. Короткий писк оповестил о записи в системе.

Следом отметилась Нэнси.

Места впереди все заняли.

Мадина, оказавшаяся вчера в центре всеобщего внимания в бассейне, сидела, хмуро уставившись в окно.

Сегодня она была на занятиях, теперь знаю, как ее зовут.

В конце оставалось несколько свободных мест. Села к окну, Нэнси опустилась рядом.

Ее тревога звенела глухими колокольчиками, смешиваясь со звуком общей напряженности.

Оркестр безвольных пугливых рабов.

Последние ребята расселись. Автобус с глухим рокотом завелся. С шелестом захлопнулась дверь.

По грудной клетке изнутри так же бухнуло. Словно меня вместе со всеми загнали в клетку и заперли ее. Ключ не требуется, ее можно открыть, но вряд ли кто-то решится это сделать.

Муха бьется в стекло, не видя, что рядом распахнута створка. Это ведь так похоже! Выход где-то рядом, но его не видно.

Одногруппники негромко переговаривались. Предполагали, куда нас могут везти. Один из вариантов мы с Нэнси обсудили раньше, другие были один другого мрачнее. Самый беспредельный, на мой взгляд, разделить нас на пары и отправить на ринг, а столичные будут зрителями, делать ставки.

Самое прискорбное, что ни один из вариантов отметать не следует.

Мы почти пересекли Оранжевый район. Впереди высились сканеры на границе и мигающая табличка "Желтый район".

Сглотнула передавшийся воздушно-капельным путем тревожный комок.

Желтый. Средоточие элиты.

Дорогие дома, авто, люксовая одежда, заведения иного уровня. Место, где за деньги исполнят любой каприз.