Скромная семейная свадьба

 – Такой день, такой ужасный день! Убийцы, грабители – и все на наш несчастный дом. А вы еще и в темноте сидите, как воры какие-то.

Магического светлячка ей оказалось недостаточно, так что в кухне вскоре зажглись все лампочки. Яркий свет бил по глазам и прогонял остатки наваждения, которое тянуло меня к Андресу. Эдита удовлетворенно покивала, осмотрелась, заглянула в заварочный чайничек и вылила остатки себе. А оставалось там прилично – ее чашка заполнилась почти доверху.

– Я тоже заснуть не могу, – доверительно сказала она, втискивая табурет между мной и Андресом, хотя куда там было втискивать – она попросту нас раздвинула.

"Она отпила глоток, подула на поверхность жидкости в своей чашке, отгоняя попавшие кусочки травок, отпила еще пару глотков и сказала:

– Нет, меня это не успокоит. Мне просто страшно одной, понимаете? Можно я с вами спать буду? Я места мало занимаю и совсем не храплю.

Она с надеждой посмотрела сначала на Андреса, потом на меня.

– А с нами – это с кем? – уточнил Андрес чуть подрагивающим голосом.

– Вы же вместе, – удивленно ответила Эдита.

– У меня своя комната, у фьорды Венегас – своя, – напомнил Андрес.

– Ну-ну, – фыркнула Эдита, – поэтому вы сейчас здесь вдвоем сидите в таком виде и пьете успокаивающий чай? Потому что у вас комнаты разные. Главное, чтобы никто ничего не знал, а я никому ничего не расскажу.

– Эдита, ты все неправильно поняла, – невольно возмутилась я. – Ничего такого не было.

– Было, не было… – Эдита насмешливо стрельнула в меня глазами. – Главное, что я никому не расскажу. А я не расскажу. Я вообще ничего никому не рассказываю, чего не следует, понимаете? Особенно если меня об этом хорошо попросят.

– Шантажом занимаемся? – спросил Арройо, подошедший так неслышно, что отпали все сомнения в его профессиональной пригодности.

– Ой, что ты. – Эдита захлопала глазами, как дешевая кукла. – Я же наоборот говорю, что ничего не расскажу, безо всяких выплат.

– Да не было же ничего! – возмутилась я уже в голос.

– Вот я и говорю: ничего не видела.

Я умоляюще посмотрела на Андреса и обнаружила, что он с трудом сдерживается, чтобы не расхохотаться. На Эдиту он не злился совершенно, хотя она и говорила столь компрометирующие нас вещи.