– За шесть лет могли и появиться.
– Не знаю, – пожал крыльями Ласт, – от Когтей сюда никого больше не посылали.
– Я тоже мало что знаю об этих местах, – признался Звездокрыл, мрачно полируя когти. – Свитков про дождевые леса у нас почти не было.
Ореола кивнула. Всё, что нашлось в свитках про радужных, она запомнила слово в слово, но там почти ничего и не было. В одном, который назывался «Опасности дождевых лесов», подробно описывались глубокие топи, ядовитые змеи и насекомые, а радужные драконы упоминались лишь мельком, не говоря уже о каких-то крупных зверях, способных легко одолеть земляных стражей.
В древесных кронах вдруг послышалась громкая трескотня, и драконята испуганно задрали головы.
– Это обезьяны, – сердито фыркнула Ореола, с усилием сохраняя окраску, чтобы не выдать собственную тревогу. – Ну, или тукан какой-нибудь.
– А их едят, туканов? – оживился Глин.
– Ты его сначала поймай, – усмехнулась Цунами, расправляя крылья и всматриваясь в сплетение лиан.
Ореоле есть не хотелось. Прикосновения жарких солнечных лучей насыщали её полнее, чем проглоченная корова. Ощутив укол вины, она вспомнила Небесный дворец и дерево из мрамора, на котором красовалась, словно драгоценная игрушка, по воле королевы Пурпур. Там было столько солнца – ничего похожего на сумрачные пещеры под горой, где драконята были заперты с самого рождения. Дерево с лежащей на нём радужной выставляли на балкон, и она купалась в золотом сиянии, переливаясь разными цветами весь день напролёт.
Королева никогда не обижала её, не ругалась, не оскорбляла, называя ленивой и ставя в пример других. Прекрасная пленница могла спать, сколько хотела, её задачей было лишь радовать взгляд.
Тем не менее нельзя сказать, чтобы ей это нравилось. Ореола нахмурилась, вспоминая. Плен есть плен, даже такой. Она не драгоценность и не красивая вещь! Королеве Пурпур пришлось убедиться в этом на собственном горьком опыте…
– Кау! Кау!
Подскочив от неожиданности, Цунами оскалилась и приняла боевую стойку.
Глин встал рядом с ней, остальные тоже замерли, напряжённо вглядываясь в заросли.
– Да успокойтесь вы! – раздражённо бросила радужная. – Говорю же, это туканы. Их нечего бояться, что вы дёргаетесь?
Цунами усмехнулась.
– И в самом деле, с чего бы нам дёргаться? Ну, разве что из-за трупов.
