– Я поддерживаю в ней жизнь, пока не придет врач, – пояснил он. – Снотворное уже впиталось в кровь, но совместными усилиями мы сможем спасти ее. Натаниель, положи сюда свою руку! Да, вот так. И ты тоже, Криста!
Прошло несколько секунд, и Карине медленно открыла глаза.
Ее мутный взгляд блуждал по лицам присутствующих. Она удивленно посмотрела на Ганда, назвала Ионатана по имени, взглянула на Йоакима и остановила свой взгляд на Давиде.
– Почему ты позволил ему сделать это? – невнятно произнесла она.
– Что ты имеешь в виду? – спросил Давид.
Карине медленно отвернулась к стене.
– Ветеринара, осмотревшего Шейна.
– Но… я ничего не понимаю, Карине. Ты же сама хотела сделать ему прививку!
– Да, но не… Почему ты позволил ему убить мою собаку?
Голос ее напоминал беспомощный писк, но плакать у нее не было сил.
– О чем ты говоришь? – удивился Давид. – Убить? Но ведь Шейн здесь! Он стоит возле кровати и пытается забраться к тебе!
Карине прерывисто вздохнула, попыталась повернуть голову. Йоаким поднял на руки Шейна.
– Он здесь! Здесь! Посмотри! Откинувшись на подушке, она неуверенно произнесла:
– Но Эфраим сказал…
– Эфраим? – сурово произнес Давид. – А где, кстати, Эфраим?
– … он сказал, что Шейн… уже заражен… Сознание снова покинуло ее. Все переглянулись.
– Все ясно, – угрожающим тоном произнес Йоаким и вышел в коридор. – Эфраим! Эфраим!
На первом этаже кто-то подошел к лестнице.
– Что тебе надо? Что ты орешь?
– Ты говорил Карине, что ветеринар умертвил Шейна?
После некоторой паузы Эфраим сказал:
– Это была всего лишь шутка!"
"– Это была на редкость неудачная шутка.
Ты же знаешь душевную неуравновешенность Карине.
– Она просто истеричка. Мне хотелось просто проучить ее.
– Она пыталась покончить с собой, – сухо заметил Йоаким, в свою очередь желая проучить Эфраима. Помолчав, Эфраим сказал:
– Она просто дура. В дверь позвонили.
– Открой, это доктор, – крикнул ему Йоаким.
– Доктор? Значит, ты наврал мне, что она…
Но Эфраим все же открыл, и врач быстро поднялся наверх, где его встретил Ганд и все рассказал.
После этого все, кроме Натаниеля, вышли из комнаты.
– Она в надежных руках, – сказала Криста. – Доктор, Натаниель и Ганд. Лучшего состава и не придумаешь.
– Мне есть о чем поговорить с Эфраимом, – сквозь зубы процедил Давид. Криста вздохнула.
– Как мне объяснить все это Абелю?
– Предоставь это дело мне, мама, – сказал Давид, и Криста с благодарностью посмотрела на него.
Не все сыновья Абеля называли ее мамой.
