Сквозь огонь

– Начнем, – зычно произнес Олег, когда Сергей и Машег присоединились к своим. – Князь Веремуд, мы тебя слушаем.

– Скажу коротко, – заявил полоцкий князь, выдвигаясь. – Вот он, – жест в сторону Сергея, – убил сына моей родной сестры Святонега, коему должно было стать князем лютичей. Теперь не станет. Из уважения к тебе, великий князь, и иным варягам я готов уговорить лютичей на скромную виру в две гривны серебром.

– Есть ли у тебя свидетели сказанного? – задал формальный вопрос Олег.

– Вот! – Веремуд обвел рукой свою «партию».

– Ререх Стемидович! – Олег повернулся к ответчикам. – Ты был там. Что скажешь?

– Да, я там был, – подтвердил княжич. – И заявляю, что о вире говорить не должно. Это был поединок, и до его начала Веремуд объявил, что бой будет чистым.

– Кто может подтвердить твои слова? – спросил великий князь.

На этот раз «поддержка» не ограничилась теми, что стоял за белозерскими. Крики поддержки раздались и из толпы зрителей.

– Ты отрицаешь, что объявил поединок свободным от мести? – спросил Олег.

– Отрицаю! – заявил полоцкий князь. – Я этого не говорил. Я сказал, что сам не намереваюсь мстить. Вот так я сказал, и я не требую крови или виры. Но лютичская родня убитого ее обязательно потребует!

На площади стало шумно. Несколько сотен человек одновременно пожелали высказаться.

Веремуд поднял руку, показывая, что не закончил, и когда шум начал утихать, продолжал, повысив голос:

– И это был не поединок!

Вот теперь народ заорал по-настоящему.

Чтобы добиться тишины, потребовалось куда большее время.

– Это не был поединок, – заявил Веремуд, нисколько не смутившись, – потому что правила поединка не были соблюдены. Вартислав первым обнажил оружие и оскорбил моего племянника, а когда тот бросился на него, чтобы защитить свою честь, ударил его клинком по голове.

– Правду ли говорит Веремуд? – строго спросил Олег.

На этот раз независимые свидетели оказались на стороне полоцкого князя.

– Когда на тебя нападают с оружием, ты вправе защитить себя! – крикнул Ререх. – Вартислав был в своем праве!

– Я и не говорю, что он был не прав, – сказал Веремуд. – Убей Вартислав моего племянника без всякого повода, вира была бы совсем другой. Но убийство есть убийство. За него следует заплатить.