Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

 Фонвизин — фон Визин, министр П. А. Валуев — потомственный остзейский барон, по материнской линии адмирал П. С. Нахимов — Козловский, знаменитый М. И. Кутузов — Бедринский, начальник зловещего ІІІ отделения (полиция) П. А. Шувалов — Валентинович, а журналист Фаддей Булгарин — чистый поляк. Число подобных примеров можно легко умножить. Общим между носящими русские и украинско-польско-немецкие фамилии, является то, что родовые имения этого дворянства (66,2 процента общего числа поместий) располагались в Малороссии и Литве, включая Прибалтику.

Пожалованные им земельные владения в обширной России присоединялись к их родовым гнёздам. Именно оттуда украинско-польские и прибалтийские щупальца забрасывались на всю страну.

Господство этой публики поддерживалось путём стравливания великороссов и других коренных народностей. Проиллюстрируем это на примере «завоевания» Кавказа в первой половине ХІХ века, а именно посмотрим внимательнее, кто с кем воевал. Относительно горцев ситуация совершенно ясна, а вот что касается тех, кого на Западе, да и у нас сегодня, с лёгкостью называют «русскими завоевателями» — не очень.

Сомнения появляются при чтении произведения М. Ю. Лермонтова «Герой нашего времени». Как известно, в нём описывается царское дворянство на Кавказе. Вот перечень действующих лиц: большинство из них офицеры, ведущие войну против местного населения. Семён Лиговской, Мэри Лиговская, Грушницкий, Раевский, Вернер, Апфельбаум, Вулич, некто Иванов (о нём замечено, что он немец, просто так вышло). Среди этой публики, плохо говорящей на русском, главный герой Печорин, которого все зовут Жоржем. Задумаемся, кто же здесь русский? Все перечисленные персонажи — это поляки с украинцами, разбавленные немцами, называющими себя русскими.

А теперь о других персонажах повести, их чуть более десятка. Сразу бросается в глаза отсутствие фамилий. С точки зрения тех, о ком только что сказано, им фамилии, видимо, не нужны или не полагаются.

Перечислим: Азамат, Бэла, Казбич, Янко (в татарской бараньей шапке), Митька, Настя, Еремеич, а некоторые вообще даже без имён — десятник, ямщик. Не сложно увидеть, что перед нами как раз представители горских народов, а также самые настоящие русские. Причём хорошо чувствуется, как последние приравнены к первым. Для польско-украинско-немецкого дворянства и те и другие — это дикари, которых, по мнению этой публики, и людьми-то назвать нельзя.