Славянский викинг Рюрик. Кровь героев

Вторая атака оказалась еще более сумбурной, чем первая. Кавалеристы храбро бились, но единого натиска на противника не получилось, а были отдельные сражения без какой-либо возможности добиться победы.

Берн был вне себя. Он не обращал внимания ни на смертельную усталость воинов и коней, ни на то, что заморосил мелкий надоедливый ненастный дождь, который превратил разбитую копытами лошадей глинистую землю в липкое месиво. Он сам повел кавалеристов в третью атаку, которая быстро закончилась неудачей.

Но на холме где-то среди поверженных остался Берн. Тогда собравшиеся на короткое совещание сотники выбрали начальником кавалериста Фрастена, который приказал отступить. Все согласились с ним. Послали к норманнам переговорщика, чтобы разрешили забрать раненых и убитых. Норманны дали согласие. Забрав и погрузив их на подоспевшие подводы, королевское войско отправилось в обратный путь.

Рерик вернулся в Париж усталым и совершенно опустошенным. Он не слишком переживал поражение, это была не его страна, просто играло самолюбие воина, потерпевшего поражение.

Он бросился в кровать и проспал целые сутки. Может, продолжал бы спать и дольше, но разбудила хозяйка:

– К тебе какой-то гонец.

Рерик вышел на улицу. Возле калитки его ждал державший под уздцы коня подросток. Он что-то прошептал Рерику на ухо. Выслушав его, Рерик сильно побледнел, заскочил в дом, схватил нехитрые пожитки и, пробегая мимо хозяйки, выпалил:

– Будут спрашивать, отвечай, что уехал домой! А жалованье мое пусть возьмет себе сотник!

Он вскочил на коня и пустил его в галоп.

Герцог Готброд с детства был шумлив, заносчив и драчлив. Но уже тогда окружающие заметили у него одну черту характера, которая осталась на всю жизнь: любовь к порядку и равновесию. Приверженность к стройности у него была такой, что в каждом деле он стремился добиться того, чтобы было все ясно и четко расставлено. И когда, согласно обычаю того времени, в пятнадцать лет призван он был в войско князя саксов, то сразу нашел свое место.

Ему пришлись по душе строгий распорядок и дисциплина, которыми жили военные люди: десятские подчинялись сотским, сотские – тысяцким, а все войско выполняло приказы и волю воеводы или князя. Если для одних это было большой тягостью, то ему они приносили радость и удовлетворение. Неудивительно, что очень скоро Готброд стал тысяцким, а потом возглавил народное ополчение своих сородичей.