След бури

Вполоборота отклонилась от удара, рассекла сухожилия под коленями ещё одного кочевника, добила его ударом поперёк плеча.

Руны на Призраке зашлись мягким заревом, а, глотнув ещё крови, полыхнули ярким свечением. Тихий потусторонний шёпот зашелестел в ушах. Доспехи вельдов перестали быть для меча хоть какой-то преградой. Он входил в тела противников легко, как в пуховые перины.

Хриплое дыхание за спиной. Сквозь гул боя — чёткое, почти ощутимое. Косматый и широкий, как колода, вельд ударил с размаху. От отдачи в рукоять меча боль пронзила руку до локтя.

Пальцы на мгновение онемели. Млада оттолкнула вельда и секанула воздух зажатым в другой руке скрамасаксом. Лезвие мелькнуло на волоске от его лица. Мужик успел отклониться.

Он снова рванулся вперёд, занося меч, но опустил его уже в пустоту. Млада зашла сбоку почти лениво. Ещё один кочевник вынырнул из разодранного снежного потока. Рванулся к ней. Млада рубанула предыдущего противника по крестцу. Повернулась к другому и остановила его атаку.

Перед глазами вельда на опасном расстоянии застыло светящееся рунами лезвие Призрака. Он побледнел и, силясь сдержать напор, прохрипел: «Ведьма…». Нога его соскользнула по снежной каше, и меч сорвался. Вельд неловко качнулся вперёд — Млада полоснула его по шее, снося голову.

До болота было по-прежнему далеко. Слишком. И казалось, на месте одного убитого вельда вырастают двое. Где-то занялся пожар. Воздух дрожал от криков и рёва, несло палёным мясом и конским потом, а больше всего — кровью.

Снег падал на горячие щёки, таял на полыхающем заревом рун Призраке. Блестящие глаза, оскаленные зубы, ор и проклятия кругом. Красный снег и тела на нём. Много. Изрубленные, раздавленные. Мёртвые.

Млада шла вперёд, только иногда останавливаясь, чтобы не терять из виду полосу леса. Она чувствовала себя легче стального кольца в своей кольчуге. Боль в локте прошла, тело разогрелось. Вельды падали, убитые её рукой или другими воинами. Они маячили перед взором искаженными личинами с застывшим на них выражением ужаса и боли.

Размытой полосой мелькнул у виска загнутый меч. Млада отшатнулась и налетела плечом на кого-то. Обернулась и встретилась взглядом с Медведем. Лицо кметя было залито кровью так, что его трудно было узнать. Лишь слипшиеся от пота кудри да карие, полыхающие боевым остервенением глаза дали понять, что это он. Кметь посмотрел поверх её плеча. Оттолкнул и всадил меч глубоко в грудь очередного вельда. Легко вынул его.