След бури

То и дело в голове мелькала мысль: «На кой ввязалась?» Глядишь, окрылённый благодатью Хозяина леса Вагни и сам справился бы. Вон, носится и вертится, что твой волчок. Но разве она могла остаться в стороне? Пожалуй, нет. Вот и расхлёбывай теперь.

Будто услышав её мысли, верег снова провалился одной ногой. Но попытавшись выдернуть её, мгновенно погрузился в жижу по пояс. Лягуха тот час кинулась к нему, замахнулась, но Вагни чудом уклонился. Острые, точно кинжалы, когти глубоко увязли в мягкой земле. Сотник ухватил тварь за руку и попытался ударить в шею.

Чудище дёрнулось назад. Млада напала со спины и всадила меч с такой силой, что лезвие вышло у него из груди. Слабо качнулось свечение на рунах Призрака — холодная нечеловеческая кровь не пришлась ему по вкусу. Плоть вокруг лезвия оплавилась и сморщилась, как печёное яблоко. Лягуха всхлипнула, закатила глаза и издохла.

Отвратительным кулём она рухнула рядом с Вагни, а тот, ухватившись покрепче, смог выбраться из западни. Но не успела Млада оттереть меч от слизи, как верег без разговоров ринулся на неё.

Вот, значит, как. Вовсе не за друга он её держал, а за такого же противника. Только болотная нечисть не давала ему расправиться с ней раньше.

Млада, на миг ошалев, прянула в сторону и непонятно зачем крикнула:

— Сдурел?! — как будто это могло остановить безумного берсерка. Ему теперь любое живое существо — добыча.

Секира зацепила её по взметнувшейся косе. Сотник рявкнул что-то на верегском и напал снова:

— Авваст[1], Вагни! — пророкотал за спиной властный голос.

 — Сёдехн[2]!

Тот замешкался и приостановил шаг. Но гораздо большая сила, чем приказ вожака, заставила его продолжить атаку. Млада отбила один удар — показалось, ей оторвало руки, словно по ним саданули молотом. Она едва не выронила меч, но успела шагнуть в сторону, развернуться и парировать снова. иТолько сейчас она смогла оценить скорость и мощь берсерка. Не совладать с ним обычному воину, да и ей не совладать, если уж по совести.

Она может уклоняться и отбиваться, пока достанет ловкости и сил. Но те были на исходе ещё после кружения с болотной тварью. И ведь теперь Вагни ничего не втолкуешь. Глух его разум к увещеваниям.

Следующий удар сшиб Младу с ног. Она откатилась, но едва не попала под воткнувшуюся в землю рядом с головой секиру. Верег навис, стальной хваткой вцепился в горло и что было мочи вдавил в траву. Вдругорядь занёс топор, оскалившись безумно, совсем по-звериному.