След бури

Но стоило лишь приглядеться, чтобы невольно отпрянуть в отвращении. Всё тело болотной нечисти покрывала слизь цвета загнившей травы, непомерно большой рот наполняли мелкие и острые рыбьи зубы, а выпуклые глаза были круглы и бездумны, точно у жабы. Его костлявые и невероятно подвижные пальцы заканчивались изрядными загнутыми когтями, которыми тварь орудовала с завидной сноровкой. Вагни только и успевал уворачиваться и отступать. Впрочем, и нападал он в ответ с яростью и силой, не присущими разумному воину. Другой уже давно пал бы под натиском колдовского существа, а то и убежал бы — своя жизнь дорога.

Но верег будто бы и не запыхался. Вот только оглядываться кругом ему не удавалось, а потому он постоянно проваливался в лужи. Когда неглубоко, а когда и по колено. Так и потонет ведь, чудищу не достанется. А оно по нетвёрдой земле шагало уверенно и ловко — широкие ласты вместо человеческих ступней помогали.

Млада не стала дожидаться, пока тварь располосует Вагни на ошмётки или пока тот окунётся в топь по самое горло.

Она, стараясь глядеть под ноги, бросилась ему на помощь. Лягуха развернулась к ней мгновенно, словно была у неё на затылке ещё пара глаз. Призрак чиркнул по когтям, как по стальному клинку. Показалось даже, сверкнула искра. Млада отступила, изогнулась назад, уходя от удара. Тварь низко заклекотала-забулькала, но напасть снова ей не дал Вагни. Он с широкого замаха рубанул её по боку секирой. Чудище вздрогнуло и пошатнулось, но не упало, даже не замедлилось, а тут же проворно сигануло к обидчику. Верег рухнул наземь и, перекатившись, снова встал. Младу всё это время он будто и не видел. Лишь на диковинного противника был обращён его потемневший взгляд.

Глухо рыкнув, точно и вправду зверь какой, сотник ринулся вперёд. Легко увернулся от когтей, пригнувшись, проскочил под склизкой лапищей и ударил в другой бок.

Хоть бы хны. Тварь истекала зловонной кровью, но не. отступала. Она вращала глазищами, решая на кого лучше напасть, и оттого злилась сильнее. Видно, не только людям гнев застилает разум.

Чудище размахивало лапами всё беспорядочней, то Млада, то Вагни жалили её с разных сторон сталью. Лягуха расплёскивала слизь и шипела, словно упавшая на раскалённый камень вода. Но непонятно было, обессилеет она когда-нибудь или нет. Скакала она как по твёрдой земле и атаковала всё с той же мощью, что и поначалу.

Млада начала путаться ногами в болотной траве, запинаться о кочки и старалась отбежать подальше, чтобы успеть передохнуть.