След бури

Ведана вскрикнула, рванулась с места, но кметь, стоящий рядом, удержал её и рывком снова усадил на лавку.

— Гляжу, тебе весело, вельд. Значит, повеселимся вдоволь, — Кирилл склонился над волхвом, который несколько мгновений лежал неподвижно и громко дышал. — Говори, тварь, как излечить раненых воинов от отравления твоим зельем!

Зорен потрогал языком разбитую губу и вновь попытался подняться.

— Никак, — прокряхтел он и отёр плечом кровь с щеки. — Считай, что они уже мертвы.

Кирилл опустился на одно колено и прижал волхва к земле, передавив шею витым древком.

— Я придушу тебя на этом самом месте! Будешь мне тут ещё изгаляться!

— Неужто, сам замараешься, князь? — сдавленно прохрипел волхв, не переставая диковато улыбаться.

Хальвдан подошёл и положил руку Кириллу на плечо. Тот глубоко вдохнул, успокаиваясь, и отпустил Зорена.

— Либо рассказываешь, как вылечить кметей, — проговорил он, отворачиваясь, — либо я не побрезгую замараться, когда буду давить тебя, как блоху.

Волхв неловко перевалился на бок, а затем сел.

Насмешливо посмотрел на Кирилла, так и не ответив ничего на его требование.

Снаружи громко переговаривались кмети, затем смолкли. И тишину нарушил глухой удар клинка о дерево. Там приступили к казни оставшихся в живых вельдов. Зорен, видимо, догадавшись об этом, мельком глянул в сторону входа в шатёр и сдвинул брови.

— Вы перебили сегодня всех моих людей. Так с чего же я буду заботиться о твоих? Пусть мрут, раз у них не хватило сноровки увернуться от клинка. Паршиво вы учили своих воинов.

Но по лицу волхва можно было с уверенностью сказать, что его нисколько не беспокоит смерть вельдов. Он тянул время и откладывал ответ, который приблизит его собственную погибель.

— Тогда ты не доживешь до утра, вельд, — спокойно и уверенно ответил Кирилл. И добавил, поразмыслив: — Или повременить? Помучить тебя? Ты заслужил худшей смерти. Прикажу тебя четвертовать. Или мне достаточно привести тебя в любую деревню и просто дать людям разорвать на части.

В глазах волхва всего лишь на мгновение промелькнуло беспокойство.

Он глянул на бледную, словно холщовые стены шатра, Ведану. Та закусила губу и почему-то с мольбой посмотрела на Хальвдана. Но тот живой испуганный человек, который показался из-под личины полубезумного волхва, тут же пропал. Зорен сощурился, выпрямился, насколько ему это позволяла неудобная поза, и мрачно выплюнул:

— Тогда некому будет уберечь тебя от гораздо большей беды, чем десяток мёртвых кметей.