След бури

Алмара н`га тури л`асха[1]…

— Нет, не устал, — покачал головой Хальвдан, внимательно вглядываясь в лицо хозяйки, что тут же зарделось ярким румянцем. — Да и шлюхи твои пусть отдохнут хоть один вечер. Думаю вот, хватит сказки твои слушать, пора пойти самому всё посмотреть.

Зархана и бровью не повела — только сглотнула тихо, словно у неё в горле пересохло. Затем взяла со стола тряпку и махнула ей безразлично.

— Коли хотите смотреть, так и смотрите. Только ничего не найдёте. Нечего мне скрывать! А что люди болтают — то на их совести.

С людей за их болтовню не спросишь — это верно. А вот сама Зархана могла хорошо поплатиться за укрывание арияш. Лучшее, что ей грозит — это высылка из Кирията. А уж опустевшее место хозяйки постоялого двора скоро займёт кто-нибудь другой. Тут в желающих заработать денег отбоя нет. Дай только местечко потеплее.

И потому уверенность Зарханы в своей правоте кого-то и могла бы убедить в том, что она невиновна. Только, как говорится, доверяй, но проверяй.

Хальвдан подозвал стражников и пошёл в полутёмный коридор, из которого доносились отзвуки разговоров поварих.

Они прошли до задней двери, попутно заглядывая в каждую попавшуюся на пути каморку. Под лестницей вспугнули притаившуюся там парочку. Девчонка отпрянула от рыжего, широкоплечего молодчика и прикрыла губы краем накинутого на плечи платка, пряча глаза. Хальвдан лишь смерил её взглядом.

Все углы двора были забиты мешками с зерном или грубо сколоченными ящиками с овощами.

А то и вовсе непонятным тряпьём или хламом. Стражники бранились, во мраке стукаясь лбами о низкие притолоки или спотыкаясь. Но ничего, что говорило бы о присутствии арияш, не находилось. Комнаты, где останавливались постояльцы, оказывались либо пусты, либо по случаю промозглого вечера в них уже были люди. С виду — совершенно обычные путники. Они опасливо открывали двери и пропускали внутрь, терпеливо отвечали на вопросы и провожали удивлёнными взглядами. Все как один. И никто из них не походил на арияш. Хотя чего можно было ожидать? Вряд ли у кого-то на лбу будет написано, что он — убийца.

Наконец, после монотонных поисков, Хальвдан остановился в тупике, которым заканчивался коридор второго яруса двора и огляделся в последний раз. Стражники замерли у стены и молчали, только изредка переглядывались. Хальвдан вздохнул. И что теперь? Ни единого сокрытого прохода или комнатёнки им так и не попалось.