След лисицы на камнях

Вырастили меня приемные родители, умерли уже, упокой их Господь. Но их история принадлежит им. Она не моя. А тут вокруг разлито прошлое, можешь искупаться в нем, как в реке. Я сначала по деревням ездил, тащил сюда всякую рухлядь. Потом люди сами приносить начали – не выбрасывать же, говорят. Пойдем покажу!

Он потащил Бабкина в сарай.

– Смотри: станины от швейных машин, а вот тут – утюги… – Они шли вдоль длинных полок. – Здесь инструменты, я половину не выяснил, как называются! Не успел… А прялка! Видал прялку? Работает!

Красильщиков с детским восхищением уставился на Сергея.

– Те коврики, что в спальне, ты сам прял? – подозрительно спросил Бабкин.

Хозяин засмеялся и похлопал его по плечу.

– Пойду я! Заболтал тебя, должно быть.

– Андрей Михалыч! – вслед ему позвал Сергей. – У тебя у самого есть какие-нибудь подозрения? Насчет Бакшаевой.

– Ты меня уже спрашивал, – откликнулся Красильщиков. – Нету. Здесь хорошие люди живут.

«Хорошие-то хорошие…»

– А не видел ты под своими яблонями разрытую землю? Свежевскопанную.

После того, как пожар случился. Не обращал внимания?

Красильщиков обернулся.

– Хочешь сказать, Бакшаева может быть закопана здесь? У нас под ногами?

– Так было разрыто, нет?

– Не было, – покачал головой Красильщиков. – Ты ищешь не там.

– Хозяин наш – чокнутый, – сказал Бабкин Илюшину, когда тот вернулся и они остались одни. – У него мания! Идея фикс!

Макар как-то странно покосился на него.

– Чего это ты зыркаешь?

– Серега, да ведь ты точно такой же.

Красильщиков терем восстанавливает, ты преступников ловишь. Просто тебе повезло: ты раньше нашел свое призвание. А он позже, зато теперь – видишь, как нагоняет упущенное время!

– Тебя куда ни помести, ты будешь ловить преступников. А Красильщиков везде будет из старого делать новое. Он жизнь вдыхает в почти умершее, а ты упорядочиваешь частицы этой жизни согласно закону, который у тебя в голове.

– Закон на бумаге писан, – буркнул Сергей.

– В голове, в голове, – сказал Макар. – У те– бя уголовный кодекс преобразован в молекулу и встроен в твою ДНК.

Ты генно-модифицирован под служение обществу!

– Иди в пень, – сказал Сергей. Рассуждения Илюшина ему смутно не нравились. – Себя модифицируй!

– Себя не хочу. А что тебе не нравится?

– Как-то это мерзко звучит: модифицирован…

– Что поделать, Серега: вы оба – идейные.

– А ты, значит, над схваткой?

– Я лишен скелета внутренней кристаллической решетки, ограничивающей меня в выборе действий.