Он упал, тело продолжало извиваться в конвульсиях.
Нечто устрашающее остановилось прямо около головы несчастного. Хромоножка увидел пару ног… Ноги были совсем не похожи одна на другую, словно принадлежали двум совершенно разным людям.
Он попробовал приподняться. Но голова дергалась так сильно, что он не смог ничего разглядеть. Он попытался посмотреть вверх.
И вот, наконец, он увидел лицо. Настолько страшное, что и вообразить нельзя. Он увидел, как у существа приподнялась в оскале верхняя губа, прямо как у рассерженной собаки.
Заблестели белизной зубы. Глаза, обращенные на жалкого калеку, были необычного цвета. Чудовище издало какой-то шипящий звук.
Хромоножка понял, что пришел его последний час. Молиться он не умел, ведь никто не рассказывал ему о Боге и Иисусе, а пастор выгнал из дома Господня, чтобы калека не осквернял его своим присутствием. Так что несчастному некого было молить о помощи в свой последний час. Бедняга снова задергался и застонал. Он знал, что от чудовища нечего ждать жалости и снисхождения.
Страшилище склонилось над несчастным. Хромоножка закрыл лицо руками и сжался в комок. Он почувствовал сильный толчок и почти беззвучно удаляющиеся шаркающие шаги.
Еще не веря, что остался жив, калека распрямился. Огляделся. Рядом с ним не было никого. Полный недоумения, он сел.
Цепь больше не тянула. Он в изумлении уставился на нее. Он свободен! Цепь была разорвана у основания столба, а конец болтался на ноге Хромоножки.
Калека даже не понял сразу, что произошло. А когда понял, то пополз прочь с такой скоростью, с какой не передвигался еще никогда в жизни.
"
"Он не знал, где находится. Добравшись до освещенных улиц, увидел торопящихся куда-то людей с тележками, нагруженными всяким добром. Вес шли в одном направлении. Тележек было не очень много. За четверть часа он увидел не больше трех.
Хромоножка не мог никого спросить. Во-первых, он не знал, как называется улица, на которой жил. А если б и знал, все равно его бы никто не понял, попытайся он заговорить.
Единственное, что ему оставалось — так это пойти за людьми с тележками.
Так Хромоножка покинул свою родную Кристианию и очутился в сельской местности — там, где ему никогда еще не приходилось бывать. Он то ковылял, то полз, стараясь, все время держаться на приличном расстоянии от людей. Но за ним волочилась предательски звеневшая цепь — словно чумной колокольчик на больных. Люди и не воспринимали его иначе как прокаженного.
Массовое бегство из города продолжалось недолго.
