Мне кажется, что в нашем случае все еще хуже, он отвержен так, как никто до него.
— Да, если только он из рода Людей Льда, — быстро вставила Ирмелин.
— Ты совсем не ощущаешь тепла, человечности? — подавленно переспросила Виллему.
— Совсем!
— Тогда это просто месть, злая месть… Я говорю об освобождении Хромоножки. А я-то так надеялась.
— В данном случае ни на что нельзя надеяться, — сухо отозвался Доминик. Он собрался с мыслями.
— Мне кажется, что я знаю, как себя вести. Я могу следовать за ним и, в конце концов, найду его.
У меня есть большое преимущество — я могу читать его мысли, как бы внедриться в них.
— И в его душу, — добавила Ирмелин.
— Нет, души у него нет. Только желание разрушать… И найти что-то, — тихо прибавил он под конец.
Виллему с удивлением взглянула на мужа. Он предназначен для того, чтобы выследить, найти чудовище. Никлас тоже знал, что ему делать. Чудовище ранено. А Никлас — врач. Кроме того, он мог лечить руками, знал все лечебные травы, что использовали Люди Льда.
А что она? Что могла сделать Виллему? Все считали, что она больше других наделена сверхъестественной силой.
Но ее способности дремали в ней. Она никогда не забудет, что произошло тогда на шхуне… До того, как она успокоилась.
Голос Никласа вывел ее из задумчивости:
— Нам следует выехать уже завтра утром.
— Согласен. Нельзя терять ни минуты. Но сначала нам надо выспаться, — ответил Доминик.
Ирмелин взяла Никласа за руку:
— Милый, дорогой, пожалуйста, вернись назад!
В Элистранде тоже зря времени не теряли.
— Вы пойдете на север, — решительно проговорила Габриэлла. — Это пустынные, дикие места. Там нет ни постоялых дворов, ни трактиров.
— Милая мама, нам не привыкать путешествовать таким образом, — прервала Виллему.
— Мне это хорошо известно, — горько улыбнулась Габриэлла. — Вы будете бороться против существа, о силе которого мы ничего не знаем. Но слухи о нем ходят ужасные. У вас не будет времени заботиться о быте. Все силы уйдут на выполнение той задачи, для которой вы предназначены.
— Все верно, — подтвердил Никлас.
— А потому мы решили, что вам необходим человек, кто будет заботиться о вас. Готовить еду, раскладывать багаж, следить за лошадьми, одеждой, за всем.
— Нет, мы не возьмем с собой никого из слуг, — возразил Доминик. — Мы не можем отвечать еще за одну человеческую жизнь. И уж ни в коем случае ни за одну из ваших. Мы не сможем вас защитить.
— Речь не о нас, — продолжил Калеб. — Мы обсудили этот вопрос между собой.
