Слепой поводырь

в отношении дворянки Анны Никаноровны Бесединой, обвиняемой по пункту 4 статьи 1453 «Уложения о наказаниях уголовных и исправительных», суд постановил:

1. Постановление судебного следователя по важнейшим делам Славина Н. В. в отношении дворянки Анны Никаноровны Бесединой о заключении её под стражу — отменить.

2. Заявленное устно в ходе судебного заседания прошение дворянки Анны Бесединой о залоге в 10 000 рублей и проживании по адресу: г. Ставрополь, Барятинская, 7 — удовлетворить.

3. Сумма залога должна быть внесена немедленно наличными на депозит окружного суда.

4. Дворянку Анну Беседину из-под ареста освободить с отобранием письменного обязательства проживать по адресу: г. Ставрополь, ул. Барятинская, дом 7 в течение предварительного следствия.

Оторвавшись от текста, судья поднял глаза и объявил:

— На этом судебное заседание прошу считать закрытым.

Слуга Фемиды покинул судебную камеру так спешно, будто опаздывал домой к рождественскому столу.

В канцелярии Клим передал чиновнику сумму залога и, расписавшись в акте, вышел в коридор.

— Вот видите, всё утряслось, — улыбнулся Ардашев. — А где ваши вещи?

— Чемодан у судебного следователя, — виноватым голосов промолвила. — Мне его отдадут?

— Конечно. Пойдёмте, я найму экипаж, и мы заедем к Славину.

Формальности по возвращению вещей не заняли много времени. Вскоре Клим доставил Анну к себе домой. Девушка сразу же понравилась и Ольге Ивановне, и Пантелею Архиповичу. Ферапонт нет-нет, да и заглядывался исподтишка на красавицу.

После общего обеда хозяйка отвела Анну в комнату, чтобы дать ей отдохнуть. Псаломщик ушёл в храм, а Клим посетил оружейный магазин. Он долго приценивался к разного рода миниатюрным огнестрельным штуковинам, пытаясь понять из какой опасной «игрушки» мог быть застрелен Вельдман.

На ужине, когда закипел самовар, Пантелей Архипович посмотрел на жену и спросил робко:

— А что если завтра, часиков этак в шесть, собраться всем в саду да почаёвничать?

— Чем же тебя теперешний чай не устраивает?

— Так я ведь не про обычный, а про вечерний чай глаголю.

— Хорошая идея, — поддержал Клим.

— А я торт принесу, — кротко вымолвила Анна.

— Ни в коем случае! — воскликнул псаломщик. — Торт с меня. У Челядинова возьму.