Слепой поводырь

— Благодарю, — изрёк студент и вошёл.

— Назовите имя, фамилию, адрес проживания, сословие и род занятий, — велел председательствующий.

— Ардашев Клим Пантелеевич, проживаю в Ставрополе, ул. Барятинская, дом 7, дворянин, студент Императорского Санкт-Петербургского университета.

— Пантелей Архипович Ардашев — ваш отец?

— Он владеет недвижимостью по адресу вашего проживания?

— Тогда соблаговолите объяснить, почему здесь присутствуете вы, а не он?

— Отцу нездоровится.

— Госпожа Беседина заявила, что ваш родитель готов предоставить ей проживание по Барятинской, 7, а так же внести за неё залог в размере десяти тысяч рублей.

Это так?

— Совершенно верно. Но деньги со мной. Он передал их мне. Если необходимо, Ваша честь, я могу попросить его приехать, но тогда, вероятно, придётся объявить перерыв в судебном заседании.

— Не стоит. Пусть выздоравливает. У вас вся сумма?

Клим открыл саквояж с тем, чтобы выложить на стол деньги и пересчитать, но судья остановил его:

— Погодите-погодите. Решение ещё не принято.

Суд удаляется в совещательную комнату для вынесения постановления.

Клим занял место в зале и огляделся. Судебное присутствие не особенно отличалось от коронерского суда в Лондоне, где в прошлом году ему довелось предстать перед английским правосудием и оказаться на месте Анны.

Прямо на него с портрета в полный рост взирал император. Слева от самодержца, над резными дверьми, выкрашенными в белый цвет, золотом отсвечивала надпись: «Совещательная», справа — «Гражданское отделение». Перед картиной — три деревянных кресла с высокими спинками и стол, покрытый скатертью тёмно-лилового шёлка, собранной правильными складками, с висящими посередине кисточками золотого плетения, как на полковых знамёнах.

Справа и слева перед судьями высились конторки для допроса свидетелей и экспертов. В верхнем углу, выходящим на юго-восток, висела икона покровительницы Ставрополя — Казанской Божьей матери. Стол секретаря — справа от председательствующего. Кресла присяжных заседателей располагались с левой стороны. Тут же стол и государственного обвинителя. Напротив — места для адвокатов. Рядом с ними — скамья, где сидела Анна. Публика, как и подсудимая, отделялись от состава суда и присяжных широкими деревянными перилами с резными балясинами.

Не прошло и четверти часа, как появился вершитель правосудия. Присутствующие поднялись, и судья зачитал по бумаге:

— По поступившему в окружной суд постановлению судебного следователя по важнейшим делам Славина Н. В.