Слева молот, справа серп

Потом этому уроду позвонил любовник Юра…

– Откуда ты знаешь, что ему звонил любовник Юра? Он при тебе общался по телефону с любовником?

– Нет, не при мне. Я подслушал. После разговора с Юрой он возбудился. Начал расспрашивать меня о сексуальных предпочтениях и называть Ромочкой. Пригласил на какой-то слет алкашей в Тервете и с похотливой улыбкой сообщил, что там будет красавец грузин Кахабер. Зоя, ты знаешь, как я отношусь к гомосекам. И тем не менее послала меня в лапы этого упыря. Другой бы на моем месте после такого визита к доктору просто упился.

А я принял всего сто граммов водки. В качестве необходимого лекарства.

– Сейчас я позвоню Раечке. Доктора Лизовского мне посоветовала она. Рома, но если окажется, что ты врешь, можешь сегодня же собирать манатки и валить отсюда на все четыре стороны.

На счастье Хузина, Раечка оказалась дома. Из комнаты доносились возгласы удивления.

– Тебе повезло, Рома. Лизовский действительно активный гомосексуалист.

– Еще и активный. Он мог лишить меня девственности.

Закодировал бы сразу в двух направлениях. Очень рад, что с лечением пролет. Во-первых, я по-прежнему люблю красивую женщину. Во-вторых, мы сэкономили деньги.

Без журналистики Рома скучал. Тянуло в кафе на первом этаже Дома печати. Хотелось послушать отеческие разносы Матвеича. Гульнуть на редакционной пьянке в честь дня рождения одного из коллег. А еще было тяжело не писать. Рома купил общую тетрадь в ярко-синей клеенчатой обложке. Заносил в нее эссе, стихи.

С интересом листал газету, которую раньше применял только в качестве мухобойки, скатерти и заменителя туалетной бумаги. Байки Андрея – заунывные, напичканные штампами – Роман читал с грустью. Чувствовалось, что пишет Андрей только ради гонораров. Следствие, по мнению Ромы, шло вяло. Элеонора Станиславовна инструктировала перед редкими допросами. Перед очной ставкой со Шнапсте настояла на изменении первоначальных показаний.

Гвидо старался держаться бодро. На самом деле чувствовал он себя отвратительно.

Не было и дня, чтобы кто-нибудь из коллег его не подначил. Обычно Гвидо доставали вопросами: «Утром измерял?.. Ну как, подросла пиписька комсомольца Шнапсте? Гвидо, он уже дотянулся до звезд?» Одни говорили о таблетках и эспандере. Другие уверяли, что Шнапсте под видом эликсира продали обычный кагор, смешанный с боржоми. Официант подумывал о смене работы.

Появление Хузина в кабинете следователя Шнапсте встретил легкой усмешкой.