Слезы черной вдовы

Наслушавшись историй приятельниц о мужьях, которые отчитывали их за каждую новую шляпку, Светлана иногда полагала, что Павел святой.

Светлана шла за гробом чуть поодаль, затерявшись в толпе. Мало кто здесь догадывался, что именно она законная жена Павла Раскатова - а если и догадывался, то все равно не демонстрировал этого никоим образом. Кажется, за весь день Светлана разговаривала только с кондуктором в поезде, тремя полицейскими-конвоирами, что приставил к ней Кошкин, да с поверенным Павла - низеньким мужчиной средних лет, которого покойный муж представил ей когда-то, как господина Викторова.

Но и последний, уж точно будучи осведомленным о ее статусе, лишь поздоровался с нею, а все свое внимание уделял той другой женщине. Поддерживал ее под локоть, подавал платок и был с нею необыкновенно нежен.

Ах да, еще Светлана перекинулась парой слов с Володей Раскатовым, и, кажется, он был единственным, кто принес соболезнования именно ей - как законной супруге. Громко, во всеуслышание и явно не заботясь о мнении этих людей.

Володя всегда был очень мил.

Павла отпели, как полагается, ровно в два состоялось погребение, а после все вернулись в помещичий дом для поминального обеда. Светлана надеялась, что хотя бы теперь Викторов - ради которого она сюда и приехала - уделит ей полчаса времени, но он ни на шаг не отходил от этой женщины и, кажется, намеревался весь обед сидеть подле нее.

Светлана же неловко топталась в гостиной, не зная, что ей дальше делать - здесь-то она и увидела мальчика.

И здесь же почувствовала, наконец, внимание к своей персоне, убедившись, что гораздо больше людей знает о ее статусе супруги, чем она полагала.

То и дело она слышала шепотки за спиной и чувствовала на себе изучающие взгляды, однако стоило Светлане посмотреть в ответ - люди отводили глаза. А одна из местных кумушек не утерпела, подошла к Светлане и, не будучи ей представленной, завела разговор, исподволь выпытывая, что же на самом деле произошло с Павлом. Светлана отделалась от нее коротким резковатым ответом и отошла, понимая, что только что заслужила себе репутацию грубиянки на ближайшие пятьдесят верст в округе…

Тогда-то Светлане захотелось… нет, не спрятаться от этих людей в укромном углу.

Напротив - захотелось вытворить что-то такое, из ряда вон выходящее, чтобы доказать им зачем-то, что легче будет гору сдвинуть с места, чем ее, Светлану, смутить!

И, в очередной раз взглянув на мальчика, Светлана вдруг обнаружила, что и он смотрит в ответ. А потом он улыбнулся.