Словно в раю

Стало скучно и Маркусу, поскольку девушка просто сидела у подножия дерева, упираясь локтями в колени и устроив подбородок на руках.

Но тут он услышал, как кто-то идёт. Онория тоже услышала, поскольку вскочила на ноги, подбежала к своей самодельной норе и всунула в неё ногу. Затем она неловко опустилась на землю, где расположилась в наиболее грациозной позе, какую можно было принять с ногой, застрявшей в кротовьей норе.

Онория помедлила, прислушиваясь, и как только этот некто приблизился, издала довольно убедительный крик.

Все эти семейные пантомимы пошли ей на пользу. Если бы Маркус не видел только что, как она подстроила собственное падение, то он поверил бы в несчастный случай.

Он подождал, чтобы увидеть, кто появится.

Онория тоже ждала. Она вскрикнула повторно, но, видимо, с опозданием. Поскольку ей на помощь никто не явился.

Она испустила последний крик, уже явно не вкладывая в него душу.

– Чёрт побери! – буркнула Онория, рывком вытаскивая ногу из ямы.

Она затаила дыхание:

Маркус шагнул вперёд.

Граф поднял руку в приветственном жесте. Он бы сказал что-то, но она по-прежнему сидела на земле, и её туфелька испачкалась в грязи. А её лицо … Он никогда не видел ничего интереснее. Онория была вне себя от ярости и унижения, но она ещё не решила, какая из этих эмоций сильнее.

– Прекрати смеяться!

– О, прости, – сказал он без всякого сожаления.

Онория свирепо нахмурилась:

– Что ты здесь делаешь?

– Я здесь живу. – Он подошёл к ней и протянул руку, чтобы помочь встать.

Онория прищурилась. Совершенно ясно, что она ни на йоту ему не поверила.

– Ладно, я живу неподалёку, – сдался он. – Эта тропинка петляет из стороны в сторону между границами владений.

Она приняла его руку и позволила ему помочь ей подняться, принявшись сразу же отряхивать юбки. Но почва была сырой, и грязь прилипла к ткани, вызвав ворчание и вздохи Онории. Наконец, она оставила попытки, посмотрела на него и спросила:

– Как давно ты здесь стоишь?

– Гораздо дольше, чем тебе хотелось бы.

Онория испустила утомлённый стон и сказала:

– Полагаю, ты не станешь держать язык за зубами.

– Не пророню ни словечка, – пообещал Маркус. – Но кого именно ты намеревалась завлечь?

Она насмешливо сморщилась:

– О, пожалуйста. Ты был бы последним, кому я бы сказала.

– В самом деле. Последним.

Она метнула в него раздраженный взгляд.

– За исключением королевы, премьер-министра…

– Прекрати.