Случайная жена, или Наследство в подарок

 — Я не должен был выжить. Причем твой отец выбрал очень изощренный способ. Мог же убрать меня так же, как и отца, по-тихому.

— Что Богдан? Ты же знаешь?

— Недавно, — поджав губы, тихо произнес он, а я кивнул и махнул официанту, на этот раз выпить захотелось уже мне.

— Ты выбрался до того, как произошел взрыв? — Я кивнул. — Но зачем ему это было нужно?

— Месть? — усмехнулся я, выпил и заказал еще один бокал. Завтра у меня будет болеть голова, но какая, к черту, разница, когда жизнь в очередной раз рушится?

Востров-старший ненавидел меня с самого детства.

И если Олега он просто недолюбливал, то меня на дух не переносил. Уже намного позже я понял, что все дело было в моей схожести с родным отцом. Олег был больше похож на мать, а вот я… Я был копией своего отца, которого Востров ненавидел, пожалуй, даже больше, чем меня.

Потому, когда у него появился повод для того, чтобы наконец-то меня «убрать», он решил перед этим хорошенько на мне отыграться. Вместо того чтобы сразу убить, его парни методично избивали меня несколько дней.

Не знаю, сколько бы все это продолжилось, но в один из дней заброшенный дом, в котором меня держали, подорвался ко всем чертям. Именно в тот день, когда у меня получилось сбежать. Правда, то, как дохло я передвигался, вряд ли можно было назвать побегом, но все же именно это спасло мне жизнь. Да, меня отшвырнуло взрывной волной, но я не превратился в горстку пепла. Почему Востров, найдя меня, уложил в больницу и даже не добил, я так и не понял, но хорошо запомнил его слова о неизвестных мне тогда Олеге и Авроре.

Лишь спустя полгода, когда ко мне начала возвращаться память и я узнал, что никакой на самом деле не Хабаров, до меня дошла вся суть его угроз. Буду сидеть тихо, помалкивая, и он не тронет тех, кто мне дорог. Вот и весь расклад.

— Ты мог связаться со мной. Мог!

— Не помню, чтобы у тебя было какое-либо влияние на отца. — Я поморщился.

— Мог рассказать все матери.

— Раз ты такой смелый, пошел бы сам и рассказал. А что?

— Я не нашел ни одной прямой улики.

 — Рус склонил голову, подперев ее ладонями.

— У меня тоже не осталось ни одной прямой улики, если ты об этом. Я сам же их все и уничтожил. Алкоголь все же зло, — развел руками, вспоминая, как сжег все, что нашел для меня детектив. До последнего не хотелось верить. Не хотелось знать такую правду.

— Не перегибай. Лучше собирай свое шмотье, в Москву едем вместе.

— Воскрешать меня будешь? — рассмеялся я и тут же совершенно серьезно добавил: — Я не поеду.