Это не способствует объединению и доверию.
Я просто приближаюсь и обнимаю его. Прижимаюсь крепко-крепко. И говорю то, что на душе лежит.
– Ты пойми, перечеркнуть восемь лет брака не так-то просто, – Аскар даже пальцем не шевельнул, не обнял в ответ. Просто стоит и не шелохнётся, а сердце его колотится. – Но там действительно все. В разговорах, кроме упреков и фраз «нам не о чем говорить», мало что фигурирует. А девушка твоя бывшая… – издаю тяжкий вздох и озвучиваю то, что почувствовала сегодня. – Мне вдруг стало страшно, что она для тебя что-то значит до сих пор, и ты к ней летаешь время от времени.
Но если это так, если ты понял, что она для тебя все еще важна, я готова принять. Только скажи правду. Чтобы не было лишних мыслей и надежд. Я не хочу тебя терять, но обманутой быть тоже не хочу.
– Обойдёшься, – буквально сгребает меня в охапку и зарывается носом в волосы. – Ты не потеряешь. Если хочешь, мы ещё в кино успеем. Идём?
Кино мы все же посмотрели. Оба остались под хорошим впечатлением. Аскар выбрал фильм на свой вкус: боевик с ноткой мелодрамы.
Хоть я и не большой любитель, но мне понравился.
– Такое чувство, что ты хочешь спросить о чем-то ещё.
– А с Дариной что было? – смело отвечаю, а что? Он сам спросил. Тем более сегодня мы с горем пополам, но вскарабкались на ещё одну ступень доверия.
– С чего ты взяла, что что-то было?
– Видела ее глаза. И слёзы.
– Она плакала? – мужчина опаляет недовольным взглядом и вздыхает.
– Да. Складывается не слишком приятное впечатление.
– Не. Ну тут я вообще не при делах, – отводит руки в стороны.
– Руль держи.
– Я ногой придерживаю, – нет, ну он ещё и смеётся!
– Я серьезно, если что.
– Я тоже. Я вообще не понял, что это было.
– Не надо юлить. Не хочешь, чтобы я знала? Она ж маленькая совсем…
– Вот именно. Не для меня вариант. Я так-то покрепче люблю, – накрывает широкой ладонью мою ногу и слегка поглаживает. А я сверху кладу свои пальчики. Даже наши руки рядом выглядят умопомрачительно. Или это просто мое воображение разыгралось?
– А почему она плакала?
– Оль, я не знаю.
Она решила, что влюбилась во взрослого дядьку, хотя я не то, что повода не давал. Меня в стране-то несколько лет не было. И, кроме того, она дочь друзей семьи. Как сестра мне. Мелкая, которая в песочнице играет. О чем тут говорить вообще?
– С песочницей ты явно переборщил.
– Да класть на это. Я не виноват, что она придумала то, чего нет. Ты не веришь, что ли? – уточняет шокированно. Даже руку отнимает.
